В Балаклавской бухте, недалеко от дикого пляжа из воды показалась голова человека. Не нашлось бы ни одного свидетеля, включая птиц и рыб, который заметил бы, как он в эту самую воду входил. Мужчина в черных плавках с полиэтиленовым пакетом в руке выбрался на берег, встряхнулся и поежился от холода. Стоял конец сентября, и купальный сезон уже закончился. Мужчину звали Станислав Глотов-Мартинес-Гарсиа. Он посмотрел на развалины крепости Чембало, темной грудой возвышавшиеся на фоне звездного неба, и направился в сторону города, осторожно ступая меж камней босыми ногами.
На улицах было безлюдно. В три часа ночи некому обращать внимание на странную, не по сезону одетую, вернее сказать, почти голую фигуру и удивляться по этому поводу.
«Попробую зайти к Даше. Скорее всего, она дома. Где же ей еще быть. Она меня примет в любом виде», – думал Глотов, вышагивая по ночному городу в мутном свете фонарей. – А вот и Дашин дом. Калитка на крючке. Поднимаем его, заходим на крыльцо, звоним».
– Кто там? – раздался за дверью сиплый мужской голос.
– Свои, – крикнул Глотов.
Дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина лет сорока, светя лысиной. Этот тип был в пижамных штанах на подтяжках и кальсонной майке. Он посмотрел на Глотова. Его удивление постепенно перерастало в испуг.
– Ты кто? – спросил Стас.
– Я муж Дарьи. А вы?.. – Мужчина поперхнулся и закашлялся.
– Я ошибся домом, – сказал Глотов, развернулся и пошел прочь.
– Кто там так поздно? – раздался из глубины дома голос Даши.
– Да алкаш какой-то. Ошибся адресом, – успокоил жену мужчина и захлопнул дверь.
«Вот так, – подумал Стас, бредя по улице. – Даша, Изабелла… Было у меня два алтына, а теперь нет ни гроша».
Он достиг территории части, вошел на контрольно-пропускной пункт, поймал изумленный взгляд дневального и проговорил командным голосом:
– Свяжись с дежурным по штабу. Скажи, что из командировки прибыл капитан Глотов.
Солдат так и сделал.
Через несколько минут на КПП прибежал дежурный по штабу майор Котенков, который был хорошо знаком с Глотовым.
Он ошалело посмотрел на Стаса, вылупил глаза от удивления и проговорил:
– Это ты, Глотов? Мать твою через колено! Тебя же убили больше года назад!
– Как видишь, я живой, – сказал Стас бодрым голосом. – Слушай меня, Петро. Разбираться будем завтра. Хочу пожрать и поспать. Ты мне выдели номер в офицерской гостинице и сообрази что-нибудь с кухни. Еще вот какая просьба. Ты же все равно о моем появлении доложишь. Так сделай это утром, а то ведь выспаться не дадут.
– Сейчас все наладим. А доложить я должен немедленно. Сам понимаешь, служба, – начал оправдываться дежурный.
– Понимаю. Докладывай. Только пришли кого-нибудь со жратвой.
Не успел Глотов расположиться в номере, как солдат принес ему миску холодной каши с мясом и полбуханки черного хлеба.
«Давненько я чернушки не едал», – подумал он, понюхал буханку и с огромным аппетитом съел всю пайку.
Перед тем как улечься Стас положил на тумбочку колумбийский паспорт, а в ящик закинул двадцать тысяч долларов сотенными купюрами.
В семь утра раздался настойчивый стук в дверь. В комнату вошли двое в штатском в сопровождении майора Котенкова. Глотов и не думал подниматься с кровати. Его обуяло злое веселье.
– Капитан Глотов? Я майор госбезопасности Федяев. – Мужчина вынул красное удостоверение и поднес его к лицу Стаса.
– Капитан Глотов умер, – подал тот голос с кровати. – Я гражданин Колумбии Станислав Гарсиа. Паспорт на тумбочке.
Майора КГБ аж передернуло. Гражданин иностранного государства находится на секретном объекте! Такое он видел первый раз за все время службы.
– Да Глотов это. Совершенно не важно, какой у него паспорт. У нас разведка, любую ксиву сделают, – сказал Котенков.
Федяев медленно пролистал колумбийский паспорт, на несколько секунд задумался, а потом сказал:
– Мы должны провести у вас обыск.
– А чего тут обыскивать-то? – весело проговорил Глотов, не поднимаясь с кровати. – Все свое ношу с собой. Паспорт на тумбочке, а еще вот двадцать тысяч баксов. – Он вынул из ящика две пачки долларов и передал их Федяеву. – Обыскивайте, но у меня даже одежды нет, одни плавки. В них будете смотреть?
Ему нравилось издеваться над этим напыщенным индюком, загонять его в тупик. А ситуация была действительно нестандартная, выходящая за рамки служебного опыта майора КГБ.
– Откуда у вас доллары? – спросил Федяев после долгой паузы
– Вопрос некорректный, – заявил Глотов и усмехнулся. – Ну откуда у меня, иностранного гражданина, могут взяться доллары?! Я их с собой привез, чтобы тратить на территории СССР. Стране ведь нужна валюта. Вот вывозить ее нельзя, а ввозить можно хоть тоннами. Ведьтак?
Майор КГБ вновь впал в ступор, не знал, как себя вести, что делать дальше.
– Мы вынуждены изъять валюту в качестве вещественного доказательства, – наконец-то выдавил он из себя.
– Не изъять, а незаконно конфисковать, – прокомментировал Стас слова Федяева. – Давай составлять протокол, а то ведь отщипнешь себе ненароком пару тысяч. В чем меня обвиняют, коли понадобились вещественные доказательства? Неужто в том, что я умер невпопад?
