Мне пришлось держать лицо, но все мои эмоции сейчас были готовы прорваться наружу. Кажется, я поняла, чего добивался Максимилиан, когда снова и снова брал мою кровь. Он хотел найти способ вычислить всех адептов Хаоса и уничтожить их.
– Инициация нового Всевидящего – адепта порядка высшей степени, – канцлер продолжал сверлить меня взглядом. – Все мы погибнем навсегда в момент выброса силы Всевидящего. Мир будет уничтожен, и мы не сможем больше переродиться.
На поле воцарилась тишина, которую нарушал лишь шелест ветра, сдувающего снежную крупу. Я смотрела на Древних, на Трису и Лиама, стоявших позади Грэйн и силящихся понять, о чём мы говорим. Кажется, выбора у меня нет. Если я не открою врата – все, кого я люблю и кем дорожу в этом мире, погибнут.
– Триса, какой уровень Порядка у Жанны? – задала я тот вопрос, от которого зависело, получится ли у меня осуществить задуманное.
– Второй, но она уже близка к третьему, – ответила Триса. – Неделя тренировок – и она его возьмёт. Возможно, понадобится твоя помощь.
– Хорошо, сегодня же и зайду… после доклада императору, – я шумно выдохнула, а на лицах Древних появилось такое облегчение, будто я уже бегу открывать врата. Хотя неделя – это не так уж много.
На этом наши «переговоры» закончились, но мне ещё предстояло общение с императором, как бы сильно я ни хотела этого избежать. Я шагала по дворцу, не смущаясь от того, что на мне доспехи, а не нарядное платье. Встреченные мной придворные сначала округляли глаза, а потом, узнавая меня, принимались кланяться и улыбаться.
В малом кабинете императора меня уже ждали Шишкин и Савицкий. Я была уверена, что Александр IV уже выслушал доклад канцлера, и не совсем понимала, зачем мне лично пересказывать всё это. А потом я встретилась взглядом с монархом и поняла: он ждал, что расскажу то, о чём мог утаить глава Тайной Канцелярии.
Пришлось импровизировать и растекаться словами.
– Африканская Коалиция утверждает, что все их деяния направлены лишь на сохранение мира и восстановление равновесия, – вдохновлённо вещала я. – Братство «Единение» также желает служить на благо Империи и лично вашему величеству.
Александр IV слушал меня вполуха, всё его внимание занимал планшет, который он держал в руках. После получаса заверений в готовности сект служить императору, тот вдруг оторвал взгляд от планшета и резко встал.
– Прошу прощения, у меня появилось неотложное дело, – нервно сказал он и махнул рукой, отпуская нас.
Уже в коридоре я почувствовала, как он покинул кабинет через потайной ход. Что-то очень сильно его взволновало – настолько, что он не удержал лицо и позволил эмоциям проявиться перед посторонними. Переглянувшись с Савицким и Шишкиным, я поспешила на выход из дворца.
Канцлер учтиво предложил проводить меня. Перед гвардейцами императора я вела себя безупречно, так что согласилась с «превеликим удовольствием» и сияющей улыбкой. Мне приходилось сдержанно кивать на приветствия аристократов и изображать степенную княжну.
Так я и шагала, пока не наткнулась на Александра. На мой вопросительный взгляд парень смутился, побледнел, покраснел, заломил руки и даже начал задыхаться. Я чуть было не решила, что он продолжает учиться у императорского целителя, но после такого замешательства поняла, что ошиблась. А ещё поняла, что надо было раздобыть для Саши амулет для защиты от ментального вмешательства.
Ну что мне стоило попросить один у Коа и Тейна? Саша целыми днями пропадал во дворце. Он очень доверчивый юноша, и кто угодно из знати мог посулить ему невесть что. Судя по сменявшимся на его лице эмоциям, с ним что-то не так.
– Саша? – позвала я парня, как только он попытался скрыться. – Что происходит?
– Я… я… – он выпучил глаза и сделал несколько глубоких вдохов, словно выброшенная на сушу рыба. – Кажется, я исцелил наследника императора…
– Что?! Какого наследника? – непонимающе нахмурилась я.
– Десять минут назад его высочество Богдан Александрович пришёл в себя, – сказал Савицкий, глянув на экран телефона.
Лукьян Гречихин в очередной раз собрал совет рода. Назар, Митрофан и Ерофей сегодня не смогли присутствовать – они ушли сражаться за свою Империю. В новостях про войну молчали, что неудивительно. Наступление споткнулось, едва армия пересекла границу Французского Королевства.
Войска Империи оказались не готовы к отпору французской армии – противник разгромил два бронетанковых батальона пехоты в первый же день войны. Первая танковая дивизия отбросила врага всего на пару десятков километров, после чего увязла в затяжном бою.
Первый линейный полк, четвёртый стрелковый полк, первый полк Императорской армии, пятый Его Величества полк – потери исчислялись тысячами. Простые солдаты мёрли как мухи вместе с одарёнными. Никому не нужная война забирала лучших, выкашивала молодняк под корень. Такими темпами в деревнях останутся только вдовы да старики, не способные взяться за плуг.
– Порадуй старика, Зиновий, – проскрипел Лукьян, качнув головой и отгоняя мрачные мысли. – Что там во дворце нынче за настроения?
