– Ярина, срочно во дворец, – сказал Валентин Савицкий. – Договор о признании независимости нентаќе не может быть подписан без тебя. Теперь ты официальный представитель этой «малой народности».
– Скоро буду, – ответила я и почти нажала на отбой, когда услышала следующие слова канцлера.
– Через несколько часов братство и Коалиция выдвигаются на задание, – Савицкий сделал ударение на последнем слове и замолчал, ожидая моего ответа. – О твоём присутствии очень настаивали лидеры обеих группировок.
– На казни или допросе? – уточнила я. Переглядывания и смешки Древних, когда они говорили об этом допросе, до сих пор стояли у меня перед глазами.
– На допросе обязательно, на казни – по желанию, – устало проговорил Савицкий. – И ещё кое-что… во дворец надень самое лучшее платье.
– Это ещё зачем? – нахмурилась я.
– Император пожелал объявить во всеуслышание о твоей помолвке с его высочеством вторым наследником престола Богданом Александровичем. Документы уже подписаны и внесены в реестр.
Азалия Черепанова пребывала в экстазе, когда закутывала меня в несколько слоёв нежнейшего розового шёлка. Платье для меня было подготовлено заранее, и в моих апартаментах уже толпились ожидающие моего прибытия мастера по красоте. Я отказалась от всех услуг, но согласилась на причёску и платье.
Пришлось переступить через свои принципы и наблюдать, как вокруг меня кружатся помощники придворного стилиста. В зеркале отражалась не я, а какая-то булочка со взбитым кремом. Я даже руки свои не видела из-за широких и длинных рукавов.
Папа дожидался в гостиной комнате выделенных мне апартаментов в семейном крыле дворца. Мало того что я сменила доспехи на платье, так теперь у меня ещё и собственные комнаты, которые закрепили за мной.
Удивление отца при виде меня, облачённой в многослойное розовое нечто, было заметно невооружённым взглядом, но я лишь растянула губы в улыбке и ухватилась за его локоть, пытаясь не запнуться о варховы юбки. В тронный зал мы вошли со всем достоинством, на которое были способны. И если папа был привычным к таким мероприятиям, то у меня сводило скулы от фальшивой улыбки и дёргался глаз от обилия зрителей.
Родовитые аристо, репортёры и слуги, дальние родственники императорской семьи – кого здесь только не было! Я молча встала рядом с бледным Богданом, ещё не отошедшим от ранения. Позади него стояли Даша и Саша такими же молчаливыми тенями, а императрица смотрела на нас с ласковой улыбкой – такой же фальшивой, как и у меня.
Возвышенную речь императора я прослушала, занятая мыслями о том, как реабилитировать Кирену Макарову, и о том, что через полтора часа начнётся облава на Гурова. Разведка докладывала о каждом его шаге, но этот гад слишком изворотливый – он мог и почуять слежку. Не хотелось бы его упускать, но я положилась в этом вопросе целиком и полностью на братство и Коалицию. Уж Древние справятся с обычным магом, пусть и вне категорий.
– Улыбайся, – сквозь зубы прошипел мне Богдан, и я улыбнулась так широко, что заболели щёки.
Его высочество был наряжен не меньше меня: наградная лента, медали и орден за героизм, шёлковая рубашка с трёхслойным воротником, дорогой камзол, отделанный драгоценными камнями, и не менее вычурный парадный сюртук, расшитый золотом. Мы оба походили на манекены для одежды – яркие, блестящие и такие же пластмассовые, как наши улыбки.
– С этого дня княжна Войтова нарекается принцессой, – пророкотал церемониймейстер. – Поприветствуйте же её высочество!
Я сдержанно кивнула на аплодисменты, продолжая скалиться. Вряд ли сейчас хоть кто-то мог принять мой оскал за улыбку. Я была очень зла. На императора, на Александра, который поспособствовал быстрому исцелению наследника, и на всех собравшихся аристо, глядящих на меня ненавидящими взглядами.
Как сказал бы Матвей: «без меня меня женили». И вроде бы надо радоваться, что мой статус так стремительно вырос, но ничего этого я не желала. Я бы с огромным удовольствием вцепилась в лицо Богдана, которому и так досталось от когтей тварей. Одним шрамом больше, одним меньше – никто и не заметит разницы.
Через полчаса я откланялась и поспешила к себе, чтобы содрать с себя розовый шёлк и снова запрыгнуть в доспехи. Аристо могут и без меня отпраздновать мою помолвку, а вот Гуров ждать не будет.
Перемещаться из дворца я по-прежнему не рисковала, так что пришлось потратить время на поездку до нашего столичного дома. У дверей в свою комнату я наткнулась на Заряну, ожидавшую меня. Девушка сминала цветастое платье и крутила на пальце прядь волос.
– Мне нужно с тобой! – воскликнула она, вцепившись в мою руку. – Я чувствую, что это необходимо.
– Тебе лучше остаться, – сказала я мягко, высвобождая своё запястье. – Там будет страшно и шумно. И очень грязно.
– Потоки энергии закручиваются в спираль, – растерянно пробормотала Заряна. – Они кружатся в вихре, и совсем скоро разразится буря. Мне нужно быть с той, что отправила зов.
– Заряна, я не могу взять тебя с собой, – попыталась я достучаться до девушки. – Здесь безопасно, а там…
