Широка земля Белорская, и во все времена есть в ней место подвигу! Или хотя бы веселой байке. Стоит ли доверять гороскопам? Так ли безобидны младенцы? Продается ли удача? На что ловят некромантов? Как избавиться от конкурента? Что сильнее: магия, вера или дубовый дрын? Где водятся кентавры? Чего боятся боевые маги? Всевидящи ли пифии?Хотите получить ответ на эти вопросы, а также встретиться со старыми друзьями и познакомиться с новыми? Тогда эта книга для вас!Иллюстрации Олега Бабкина.
Меня разбудил истошный вопль, что в общем-то было делом привычным, но оттого не более приятным.
Протерев глаза и осмотревшись, я завизжала в ответ, ибо светлое пятнышко, мечущееся у меня под ногами, оказалось вовсе не белой мышью, сбежавшей на вольные сыры из папиной лаборатории, а человеком в простыне, невесть что забывшим в ночном саду.
Сама же я стояла на крыше фамильного замка рядом с украшавшей карниз горгульей. Вернее, уже в обнимку с ней.
Что мне, собственно, и не понравилось.
По черному небу ползли клочковатые облака, то и дело сыплющие дождем, над посеребренными луной яблонями воровато шмыгали летучие мыши. Из пригородного, прекрасно видимого отсюда леса долетал задушевный волчий вой, создавая бесподобные декорации для трагичной фигуры на крыше: длинные пепельные волосы живописно полощутся на ветру, просторная ночнушка вздулась колоколом, обнажив босые ноги выше колен.
Зрительный зал, то бишь замковый двор, быстро заполнялся благодарной публикой. Первыми, разумеется, прибежали спавшие на сеновале мальчишки-подмастерья, которые тут же стали биться об заклад, прыгну я или картинно шагну за край, а также где приземлюсь и в каком виде.
Я дернулась погрозить им кулаком, но вовремя спохватилась, что тогда придется оторвать от горгульи одну руку, а ладони и так скользят по мокрому камню.
Подтянулась остальная челядь, начавшая надрывно сетовать о моей безвременной кончине и тут же подсчитывать, не придется ли седмица похорон на Праздник Воды, бессовестно испоганив оный.
За ними подоспели (точнее, припоздали) дорогие родственнички, обитавшие на верхних этажах замка. Последним, злым по этому поводу, как мракобес, скатился с лестницы мой младший братец, на ходу натягивая куртку.
Честь начать бесплатное представление единодушно предоставили моему отцу.
— Доченька! — не обманув всеобщих ожиданий, горестно возопил он, заламывая руки. — Умоляю тебя, не делай этого!
Я открыла рот, еще не зная, ругаться или требовать, чтобы меня поскорее отсюда сняли (а ругаться уже потом, но обязательно!), и с ужасом поняла, что визг на холодном ветру стал для моего горла непосильным испытанием. Теперь в нем только клокотало и сипело.
Толпа приняла мое молчание за гордое презрение и загомонила сама. После транса все мои чувства, в том числе слух, резко обострялись, так что я прекрасно слышала каждое произнесенное во дворе слово, если это был не совсем уж шепот. Но понижать голос никто не старался: напротив, приходилось прилагать немало усилий, чтобы перекричать остальных.
— Прыгнеть… как пить дать прыгнеть! Вот духу токо чуток наберется…
— Не выдержала-таки, бедная…
— Ринка, кончай придуриваться! Слезай, а то пульсаром шарахну!..
— Дарлай, как тебе не стыдно! Это же твоя родная сестра!..
— Во-во, была бы двоюродная — не пришлось бы наследством делиться!..
— Может, соломки с конюшни принесть?..
— Мья-а-а-а-уууу!..
— Брысь, зараза! Лезет прямо под ноги…
— Где там! С такой высотишши и стога маловато будет…
— Ну все не в лепешку…
— Дар, прекрати издеваться над бабушкой! Мама, не обращайте внимания, мальчик просто шутит, он очень любит сестричку…
— Эх, пропал праздник…
— Бедная детонька… А ведь я ее еще вот такусенькой… ыыыыы…
— Ри-и-инка, а можно я твою шкатулку с амулетами на память возьму?..
— Слышала бы это моя покойная дочь! А все ваша дурная наследственность! Возможно, при надлежащем воспитании у него был шанс вырасти достойным человеком, однако вы не дали мне даже попыта…
— Мья-а-а-а-уууу!..
— Кирейн, принесите госпоже ее успокоительные капли… или лучше отведите ее к ним!..
— А ведь я Марлике еще на том балу говорила: не связывайся с этим мерзавцем, не будет тебе с ним счастья! И точно. За какую-то дюжину лет мою кровиночку в гроб вогнал, а теперь дочь до ручки довел и из сына такого же злодея воспитал! Никуда я не пойду!..
— Может, городского мага позвать? Он бы ее живо утихомирил…
— Да послали уже, Кнысь на чалой поскакал…
— Мама, замолчите, а то я за себя не ручаюсь!..
— А может, оно и к лучшему? Сил уже нет на нее смотреть, как тень по замку бродила…
— Эй, хто там семки лузгает?! И мне горсть сыпани!..
— Риона, милая, я сделаю все, что ты хочешь, только не прыгай!..
Больше всего я хотела очутиться внизу, причем приплатила бы сама, лишь бы какая-нибудь зараза догадалась спустить мне лестницу из окошка башни — вскарабкаться к нему по наклонной крыше я была не в силах.
Голоса начали слабеть, а фигуры размываться — опьянение трансом проходило. Впрочем, и так было видно, как народ поспешно раздается в стороны, уступая место отцу Исподию, задержавшемуся в комнате, дабы аккуратно облачиться в парадную, густо расшитую серебром рясу. В семье потомственных магов дайн нужен как дракону пятая нога, но это был личный бабушкин духовник, которого она притащила с собой из Витяга. По-моему, бабка его тоже терпеть не могла, но прикармливала в пику отцу.
