«Спасибо. За попытку», — просто поблагодарила Валанди. Не знала, слышал ли он ее сейчас, лишь надеялась, что он не сильно пострадал из-за этого. И пусть он иногда бывал врединой, но, как и говорил Гин, Сектар — хороший парень.
Но как же теперь болит голова!
А Сектар так и не ответил.
***
Гинтар вернулся через полчаса. Отчего же так задержался? Искал, чем бы любимую отблагодарить. В итоге в одной руке у него был букет цветов, а во второй несколько завёрнутых кусков жареного мяса. Он немедленно поднялся на второй этаж — уверен, что там всё ещё был Закнеыл, но не успел и пару шагов сделать, как услышал крик Каи. Если этот звёздный хоть пальцем!..
Туманный ринулся вперёд и влетел в комнату, а там Манари выпроваживала Закнеыла, в то время как воины окружили зажатую к стене кричащую Каю и пытались вырубить, чтобы продолжить новые попытки.
— Пустите, меня она послушает, — сопротивлялся Зак, но туманные были непреклонны.
— Они ей не помогут, — Валанди с ужасом наблюдала за этой картиной, и сейчас наконец до нее дошло, что означал тот барьер в голове Каи. — Она не может обратиться. Если с ней сделал это Мору, то у него должно быть противоядие. Гинтар, останови их.
Солнечная выбежала из комнаты и спустилась вниз, чтобы проверить каждую комнату поочередно, начиная с комнаты Мору. А у него было столько склянок, что и не разберёшь, где нужная. А если и найдет, то не факт, что снятие этого барьера поможет. Вдруг сделает только хуже?
Гинтар взмахнул рукой, призывая внимания всех. Манари непонимающе посмотрела на него, а потом вслед солнечной. До двух туманных дошёл один небольшой факт. А ведь точно! Она не обращалась. И Гин знал, что даже в пустошах она по какой-то причине этого не делала. И это объясняло, почему она не может их даже по запаху узнать! Её вторую ипостась заблокировали? Надолго ли?
— Стой! — крикнули вслед Валанди, но побежать рискнул только Гинтар, бросая по пути уже Манари: — Отзови эльфов и оставь её! Валанди, стой!
Нагнал он солнечную, уже когда та копошилась в старых вещах Мору, в которых в основном были обычные настойки. Откуда ему-то знать, как обращать в человека и наоборот. Наверняка звёздные эльфы виноваты!
— Что ты делаешь? Она сейчас опасна. Будь в ней сила, Кая уже бы порвала и Зака, и воинов, ты об этом подумала?
— Но… Ты видел, как она страдает? — Валанди замерла, а спустя мгновение у нее затряслись плечи, как от рыданий. Перед глазами у нее стоял вид загнанного в невидимой клетке зверя, и она, как наяву, слышала его душераздирающий рев. — Я знаю, это рискованно, — сквозь всхлипы выдавливала она слова, — но других идей больше нет.
— Что «она страдает»? Что «она страдает»? — Гинтар и сам нервничал. Он повышал голос, сам того не ведая, но вовремя взял себя в руки и потёр лицо. — Что толку, что ты сейчас решила её форму вернуть? Валанди, сейчас не это главное! Нам нужно иллюзию снять, а уж как ей форму вернуть — это дело второе.
На возмущения Гинтара почти сразу спустилась и Манари, которая виновато (а что такого сделала?) опустила перед ним голову.
— Я отозвала воинов. Прости, но я посчитала, что нужно продолжить.
— Всё хорошо, — отмахнулся туманный. — Манари, у нас есть идея, как снять эффект ритуала, но для этого нам нужна большая сумма денег.
— Кончено, я готова её дать, — ого, вот так просто? Да, влюблённые женщины пугают.
— Двести золотых.
Но пожала плечиками, словно для неё это было не больше пару сребреников.
— Сказала же, я дам их тебе. Что у вас за идея? Она точно поможет? Я бы не хотела, чтобы моим воинам и наяву пришлось бороться с монстром, — с этими словами она многозначаще посмотрела на солнечную. — Если всё так, как ты говоришь, я бы не торопилась с её обращением. Это не твоим эльфам подставляться под удар.
— Отлично, тогда сами и разбирайтесь, — не поднимая ни на кого глаза, Валанди поставила на маленький столик шкатулку, которую они купили у Брайана, а поверх нее — пузырек с изображением проткнутого кинжалом сердца. И не сказав больше никому ни слова, вышла из комнаты, из дома вообще.
— Валанди, стой! — Гинтар хотел было ринуться за ней, но голос Манари остановил его.
— Что это? Она что-то нашла?
Туманный подошёл к пузырьку и, взяв его в руку, долго разглядывал. И вот что это значит? Что это? Пить? Наносить? Кае? Ему? Вообще, первая мысль туманного была, что это какое-то отворотное зелье. А для чего ещё нужен такой символ?
— Валанди, так не делается, — недовольно пробурчал он себе под нос.
— Что у вас тут происходит? — в комнату вошёл злой Закнеыл.
Естественно, он все слышал, и поэтому недовольно просверлил глазами Гинтара за то, что он опять довел Валанди до слёз. Нет, он, конечно, не виноват, но Зак здесь был на стороне солнечной — она хоть что-то пыталась сделать, а не просто истязать Каю бесплодными попытками влезть в разум.
— Это что? — заметив в руках Гинтара пузырек со знакомым символом, звёздный заметно занервничал. — Что здесь делает символ Тали?
— Я… я не знаю, это Валанди оставила, — Гинтар протянул пузырёк звёздному и, присев за стол, тяжело вздохнул, переводя взгляд на запакованное мясо.
