«А… Ты про мой крик? Так ты же сущее бедствие, которое обречено попадать в неприятности, разве нет? — и по голосу казалось, он даже смеялся над ней. — Если бы ты сняла кольцо, как бы я знал, в какую беду ты опять попала. Удивительно, что ты вновь надела кольцо. Что ж, несмотря на твоё “да” Гину, моя уверенность поднялась ещё больше».
Валанди услышала только первую часть и остолбенела.
«Сущее бедствие? Я-то? А вообще, логично, — она посчитала, сколько раз попадала в беду, а из-за нее и все остальные. — Особенно, если учесть, что последний раз мы из-за меня залезли в логово дракона. Если бы не кулон сестры… Кстати, о нем, надо бы написать и расспросить, какой магии она ещё напихала в него», — Валанди закрутила дракончика в руке, невольно представляя его.
«Это ты только из-за этого меня позвала? Солнечная, у меня дорога каждая минута, и у меня нет никакой возможности их тратить только на тебя. У меня, знаешь ли, и другие женщины есть».
«Нет, просто… А правда, зачем позвала? Наверное, у меня помутнение рассудка, если я прогнала Гинтара, чтобы спокойно поговорить с тобой. Раз у тебя там женщины, то не буду мешать больше», — и прозвучало это как-то ревниво. Валанди слишком привыкла, что Сектар откликается по первому зову. В последнее время она стала забывать, что он ей не принадлежит, у него есть своя жизнь, и он не обязан ей помогать или даже говорить. Хотя, зачем тогда прислал это кольцо?
И словно прочитав самые её потаённые мысли, Сектар спросил:
«А почему ты тогда вообще не выбросишь это кольцо? Не подумай, мне приятно, что ты предпочитаешь меня моему брату. Мне кажется, что я поселился в твоём сердце глубже, чем ты сама об этом думаешь. Надо будет при встрече проверить».
И вновь он заигрался с её головой. Невидимая рука, которую создавало не более, чем её собственное воображение, невесомым касанием провела дорожку по всему позвоночнику, а след за ней пробежался юркий язычок, настойчивый, властный, совершенно отличающийся от Гинтара. Но как же это воображение было… натуральным!
«Прекрати, — Валанди поперхнулась воздухом при вдохе, когда почувствовала прикосновение. — При встрече я хорошенько взгрею тебя за все подобные выходки. Вот получу магию, и если она будет похожа на твою, я отыграюсь по полной», — Валанди в ответ представила, как будет измываться над ним, заставлять видеть и чувствовать, как он хочет ее, но не может заполучить.
«О, солнечная, жду не дождусь, — воображение нарисовало, как чьи-то руки крепко сжали её обнажённую грудь, а язык сменился губами, медленно скользящими вверх к самой шее и закрепляя под правым ушком поцелуй. — И всё же, ты не ответила на вопрос. Почему кольцо всё ещё у тебя?»
Валанди замолчала. Она пыталась абстрагироваться от этих ощущений, и у нее почти получилось, но завершающий поцелуй под ухом сбил всю концентрацию. Она зашипела и потерла за ухом, чтобы отогнать фантомное чувство.
«Потому что, когда ты не делаешь вот так, с тобой интересно говорить. И… мне нравится знать, что кто-то приглядывает за мной», — к своему стыду призналась она.
«Интересно, он вчера тоже почувствовал разрыв связи, когда кольцо сняли?» — подумала она, а затем осознала, что совершила глупость, ведь Сектар слышит все ее мысли. И не знала, как теперь выкрутиться из этого, хоть снимай кольцо и больше никогда не надевай, чтобы не слышать его реакции.
«Разумеется, я всё почувствовал, это кольцо было мной зачаровано».
И то, как она отреагировала на его игры, он тоже почувствовал. Поцелуи никуда не делись, а к ним добавились проглаживания её тела.
«Вот только мне интересно играть с тобой, а не отвечать, как нашкодившему ученику, на глупые вопросы. Оу, ты там что-то думала о мести? Так знай, моя дорогая, если мужчину долго дразнить, он и изнасиловать может. Ох, солнечная, как бы долго и с какой бы радостью я насиловал бы тебя все ночи напролёт…»
Иллюзии рук опустились ниже, и пока одна поглаживала животик, вторая протиснулась между ног, а губы продолжали целовать под ушком, пока мысли воспроизводились в её голове.
«Если не прекратишь, я правда выкину это кольцо, — пригрозила Валанди и попыталась его отпугнуть, потому что он опять начал переходить черту, как когда они были дома у туманных. — Гинтар скоро вернётся».
«Пусть возвращается, мои руки на моих коленях, а язык за зубами, — он не прекратил, даже более того — голос стал томным, зазывающим, манящим. — Ты сама можешь это прекратить. Просто. Сними. Кольцо».
«Сектар» провёл язычком вдоль её нижней губы.
«Ты меня раздразнишь, но вся моя страсть достанется Гинтару», — все, хватит, он ее довел. Пора это прекращать, нужно его остудить.
Все действия прекратились, а Сектар, судя по всему, покинул её голову окончательно.
