Эши посмотрел на нее и смущенно улыбнулся:
— Не нужно извиняться, Рапсодия, ты меня не огорчила, наоборот, спасибо тебе.
— И кто же?
— Давай не будем играть в игрушки — немного рассердившись, ответила Рапсодия. — Мне известно, что тебя связывает с лордом Стивеном. Мне известно твое полное имя, и я смогла тебя призвать. Полагаю, это означает, что оно известно мне во всех деталях и мелочах.
— Верно, означает, — вздохнув, не стал спорить Эши.
— Тебя это беспокоит?
— По правде говоря, не очень, — покачав головой, ответил Эши. — Я даже испытал облегчение.
— Ну, до наступления ночи я надеюсь порадовать тебя еще не раз.
— Это как?
— Скоро узнаешь. Сначала я должна рассказать тебе кое-что очень важное.
Эши кивнул и встретился с ней глазами:
— Я слушаю.
Рапсодия тоже кивнула:
— Я приняла решение, а поскольку оно имеет непосредственное отношение к тебе, мне представляется, что ты имеешь право о нем узнать.
— Да?
Рапсодия сделала глубокий вдох и продолжала:
— С меня достаточно намерьенских тайн. Я решила, что могу тебе доверять, и, по правде говоря, мне плевать, ошибаюсь я или нет. Я буду тебе другом вне зависимости от того, друг ты мне или нет. И в этой роли намерена заботиться о тебе и защищать тебя ценой своей жизни. Я готова сражаться со слугами Подземного царства, чтобы спасти тебя. Точно так же я готова пожертвовать собой ради Акмеда, Грунтора или Джо. Если ты меня обманываешь и у тебя гнусные планы, пожалуйста, ничего не говори. Я бы предпочла, чтобы ты прикончил меня прямо сейчас, чем предал потом. Ты не должен отвечать мне взаимностью, просто делай, что я скажу. Пожалуйста, дай мне руку, я надену тебе кольцо.
— Что?
Рапсодия смущенно закашлялась.
— Кажется, я немножко поторопилась. Я буду тебе чрезвычайно признательна, если ты наденешь этот перстень. — Она протянула ему кольцо, данное ей Патриархом, кольцо, в котором содержались мудрость и могущество его священного сана и великие целительные силы.
Эши удивленно уставился на Рапсодию:
— Где ты его взяла?
— В Сепульварте. Я защищала Патриарха и сражалась с Ракшасом, когда он атаковал… да, боюсь, это была я. — Новость о поединке распространилась по Роланду, словно лесной пожар, и Рапсодия не сомневалась, что Эши ее уже слышал. — Никто не знает, что Его Преосвященство передал мне свой перстень той ночью. Он просил меня сберечь его, охранять ценой собственной жизни и вручить тому, кто, на мой взгляд, будет его достоин. Я дала клятву заботиться о тебе, а поскольку мне известно, что перстень тебя излечит, я его отдаю тебе. Надень его.
Эши не сводил с нее глаз.
— Да, кстати, — продолжала Рапсодия. — Я знаю про Ракшаса. И убью его, чтобы вернуть тебе часть души, которая находится у него. Затем ты сможешь стать Королем намерьенов, а я помогу тебе объединить королевство.
— Я не знаю, что и сказать.
— А зачем что-нибудь говорить? Я попросила тебя — надень кольцо.
— Ты не понимаешь, какой драгоценный дар преподносишь мне.
Рапсодия сердито нахмурилась:
— Похоже, ты думаешь, будто я полная дура, Эши.
— Я… я совсем так не думаю. Наоборот, я…
— Этот перстень я нашла не на чердаке в сундуке со старой одеждой и не купила на рынке, я получила его из рук самого Патриарха в ночь ритуала Священного Дня, ритуала, свидетельницей которого я стала. Неужели ты думаешь, он отдал бы мне такую важную вещь, самое дорогое, что у него было, если бы я не понимала ее значения?
— В таком случае, ты, наверное, не понимаешь, что мой отец…
— …возглавляет религиозный орден, который придерживается иных постулатов веры, и что наступит день, когда ты к нему, возможно, присоединишься. Да, я все понимаю. А тебе известно, что когда намерьены прибыли сюда с Серендаира, у них была только одна религия — нечто среднее между ныне существующими, и что разделение произошло после войны? Если ты собираешься воссоединить намерьенский народ, тебе придется обратить внимание и на разные религии, дабы попытаться объединить и их тоже. Я видела священные ритуалы в обеих церквях, они гораздо ближе друг к другу, чем ты думаешь. Зачем нужны и Патриарх, и Главный жрец? Почему бы тебе не стать и тем и другим? Или почему бы намерьенскому Королю не возглавить оба религиозных ордена, а внутренние вопросы предоставить решать священникам. Признать право людей жить в мире, где существуют различные верования, но при этом оставаться единым народом;
Она замолчала, и Эши недоверчиво на нее посмотрел, а потом встал и подошел к окну.
— Что? — спросила она.
— Ты просто потрясающая.
— В каком смысле?
Эши покачал головой:
— Но иногда ты меня пугаешь. Восхищаешь и пугаешь одновременно.
— Я ничего не понимаю.
Эши снова опустил голову, и отсветы огня, весело пылающего в камине, заиграли на его волосах. Он несколько минут не шевелился, словно собирался с мыслями, глубоко дышал; Рапсодия вдруг подумала, а вдруг он болен?
— Как ты узнала про меня?
