Я надеялась, что, сделав Грега регентом, все проблемы исчезнут. Но драконы, похоже, решили, что я еще не так уж много пережила. После пробуждения у меня было всего несколько минут покоя, прежде чем почувствовала желудок. Мысль о том, что должна что-то съесть, была невыносима. И вот, голодная и измученная, отправилась на заседания совета, где власть должна была быть передана Грегу. Если бы не Адамар, я бы не знала, что делать. Сама понятия не имела, в чем заключается задача королевы, поэтому была рада, что могу просто сидеть и слушать. Только в первый день присоединилась к обсуждению с мыслью, что знание экономики из моего мира может помочь. К сожалению, меня быстро спустили с небес на землю. И поэтому, несмотря на то, что я пришла из более развитого мира, чувствовала себя ребенком, которому рассказывают об абсолютных основах. Как бы ни старалась не принимать это близко к сердцу, чувствовала себя оскорбленной.
Вторую половину дня предпочитала проводить в своих покоях, просто чтобы не пришлось ни с кем встречаться. Единственный, кого впускала, был Самуэль. Он был чужак, но с ним чувствовала себя в безопасности. Он знал правду о смерти Лаутуса и об отце ребенка, и, похоже, никому не рассказал. Когда я находилась с ним, не чувствовала себя одинокой. Может быть, помог тот факт, что не нужно было продолжать притворяться. Он был эдаким таким молчаливым свидетелем моих приступов паники и слез, и в глубине души надеялась, что однажды он станет моим другом.
После недели постоянной рвоты, бессонных ночей и утомительных советов, на которых мне было скучно почти до сна, начала чувствовать досаду.
— Действительно ли я так невежественна, как чувствую себя? — Спросила однажды вечером. Самуэль, хотя и был моим единственным собеседником, промолчал. — Это был не риторический вопрос, — добавила. — Я действительно чувствую себя совершенно глупо. Бесполезна для жизни. Что на самом деле не имеет значения, потому что меня все равно скоро казнят.
Самуэль промолчал. Как будто на такие слова можно было дать адекватный ответ.
- Я полагаю, Вы уже написали письмо Лутомару, — выдохнула я. Самуэль не отреагировал на то, что я ему сказала.
— Я написал письмо в тот же вечер, Ваше Величество, — ответил Самуэль. Я не винила его. Понимала его долг. И все же эти слова поразили меня, и я почувствовала себя так, словно он предал меня.
— К настоящему времени посыльный, должно быть, передал письмо, — подумала вслух.
- Да, к этому времени он бы уже получил его, — сказал Самуэль.
— Получит ли он его? Я правильно все понимаю? — Выдохнула от удивления.
— Да, моя госпожа. Я написал письмо, но не отправил его, — подтвердил мое предположение Самуэль.
— Но почему? — Не поняла. — Я ничего для Вас не значу. Я этого не понимаю.
- Есть слова, которые лучше передавать лично, а не в письме, — объяснил Самуэль, и в этот момент я поняла, что он был не просто протеже Лутомара.
— Вы не хотите причинять Лутомару боль больше, чем необходимо, — подумала я. — Он, должно быть, много значит для Вас.
— Он заботился обо мне, когда мне было хуже всего. Он дал мне крышу над головой и никогда не давал мне понять, что я бастард. Все это время я чувствовал себя частью его семьи, — признался Самуэль, и я была удивлена, что он смог открыть мне свое сердце таким образом.
— Член семьи, — печально прошептала. — Я Вам завидую. Вы понятия не имеете, каково это — быть с людьми, которым на тебя наплевать.
— Быть тем, кого они терпят, просто потому, что должны? Знать, что в тот момент, когда человек поворачивается спиной, начинают клеветать на него? Разговаривать с людьми, которые даже не смотрят тебе в глаза, потому что ты этого не стоишь? — Самуэль задавал один вопрос за другим.
— Понимаю. Не имеет значения, есть у человека титул или нет. Мало кто может вынести одиночество, — вздохнула я.
— Вам просто нужно иметь друзей, которые поддержат Вас, — добавил Самуэль.
— У меня есть один, и я сделала его герцогом. У него нет на меня времени, и я не могу его винить, — призналась. — А другой человек, который знает всю правду обо мне, не хочет дружбы, — добавила.
Самуэль только моргнул от удивления, но не сказал ни единого слова.
— Да, я говорю о Вас. Неужели так трудно представить, что я хочу дружить с Вами? — недоверчиво спросила. — Я понимаю, что Вы этого не хотите. Я просто хочу знать, почему.
— Я предлагаю свою дружбу только тем людям, которым безоговорочно доверяю, — признался Самуэль через некоторое время. — Люди, которые честны со мной и ничего от меня не скрывают, — добавил он.
— Какой смысл говорить правду. Вы не поверите. Или посчитаете, что я сошла с ума, — вздохнула. — Но если Вы готовы выслушать, я расскажу о себе и о том месте, откуда родом. Просто прошу об одной вещи. Что бы Вы ни думали, дайте мне закончить.
Самуэль согласился, и я открыла ему всю правду. Чтобы придать себе храбрости, налила немного вина в свой бокал. Немного отпила, поставила бокал на стол и начала говорить.