— Потому что хочу обсудить с Вами цену, по которой Вы готовы поддержать мое предложение, — ответила без колебаний. Брови Ладрина слегка дрогнули, но в остальном он не подал никаких знаков. — Мы не собираемся играть в игры, герцог. Мы с Вами враждовали с самого начала. Я уверена, что Вы единственный герцог, который сожалеет, что покушение на мою персону не увенчалось успехом. Но в то же время Вы человек, который готов выслушать предложение и принять решение после тщательного осмысления. — Ладрин молча оценил меня, и я решила, что не буду первой нарушать молчание.
— Я готов выслушать Ваше предложение, Ваше Величество, — произнес Ладрин через четверть часа, и я с трудом подавила вздох облегчения.
— За Вашу поддержку я женю или выдам замуж свое потомство за Ваше. Если я не ошибаюсь, у Вас недавно родилась дочь. Так что разница в возрасте не так уж велика. А в случае, если я рожу девочку, она будет обещана Вашему младшему сыну, — предложила я единственное, что, как мне казалось, могло его заинтересовать. Это может показаться странным, но я не чувствовала себя матерью, решающей судьбу своего еще не родившегося ребенка. Выбора не было, и мне нужен был Ладрин на моей стороне. Кроме того, я не собиралась выполнять свое обещание. Это было лишь устное соглашение, и я никогда бы не подписала его на бумаге.
— Вы, должно быть, в отчаянии, раз делаете такое предложение, — произнес Ладрин, слегка приподняв бровь.
— Отчаянные времена требуют отчаянных действий, — ответила. — Вы не можете винить меня за попытку.
Больше сказать было нечего, и я попрощалась с Ладрином. Надеялся, что его жадность к власти не заставит его отказаться. Тем не менее, не могла быть уверена в его поддержке. Однако старалась изо всех сил, и только благодаря этому могла спать по ночам.
На следующий день у меня не было времени думать о политике. В животе бурлило, и каждый глоток вызывал ощущение, что меня сейчас вырвет. Я начала проклинать свою беременность и не понимала, почему именно женщины должны так страдать.
Я надеялась скрыть свои проблемы. Ну, тогда мне пришлось бы быть одной, без телохранителя. Сначала я пыталась подавить тошноту, но потом сдалась. Самуэль знал, что я беременна, так что не было смысла беспокоиться понапрасну. И вот после обеда, при первом позыве желудка, сразу побежала и меня вырвало в миску, которую специально для этого приготовила.
— Пожалуйста, убей меня, — прошептала я. Самуэль схватил меня за плечи и осторожно повел к кровати. — Нет, не лежать. Мой желудок, — выдохнула я и была рада, что было достаточно, чтобы я села.
— Должен ли я вызвать лекаря? — он опустился на колени, чтобы увидеть мое лицо.
— Я не первая и не последняя беременная женщина, которую тошнит, — устало сказала, бессознательно кладя руку ему на плечо. — Можно мне стакан воды, пожалуйста?
Прежде чем Самуэль успел встать, дверь открылась, и в комнату вошла Маргарита.
— Мэг? — выдохнула от удивления. — Я думала, ты приедешь с Триветом и своим братом, — добавила я.
— Что это? — удивленно спросила она, и я заметила, как она переводит взгляд с меня на Самуэля и обратно.
— Это Самуэль. Мы любим друг друга и собираемся пожениться, — ответила и подумала, что от такого глупого вопроса ничего нельзя было ожидать, кроме глупого ответа. Самуэль ничего не сказал, только слегка наморщил брови, как будто не верил собственным ушам.
— Ты же не серьезно? Ты с ума сошла? — ответила Маргарита, закрывая за собой дверь.
— Что? — выпалила я от удивления. Не ожидала, что Мэг воспримет мои слова всерьез. Это была просто шутка, но она, похоже, не поняла ее. Хотел объяснить ей это, но она не дала мне шанса.
— Ты — королева. У тебя не может быть отношений с бастардом, — огрызнулась она. В этот момент Самуэль резко встал, и я надеялась, что он не набросится на Маргариту. К счастью, он смог удержаться, и только по его глазам можно было понять, как сильно на него подействовали эти слова.
— Во-первых, Мэг, я просто пошутила. А во-вторых! При мне никто не будет называть моего телохранителя бастардом. Я ожидала этого от кого угодно, только не от тебя. Но чего можно ожидать, если ты вырос посреди леса на куче навоза, — сердито огрызнулась я, пожалев о своих последних словах. — Мне жаль, — прошептала я.
— Прошу меня извинить, — спокойно произнесла Маргарита и ушла. Я уставилась на закрытую дверь, надеясь, что Маргарита простит меня. Меня тошнило от всего этого. Я отпустила Самуэля и, как только осталась одна, вспылила.
— Отлично. Просто замечательно. Почему ты не можешь хоть раз просто помолчать?! — Ругала себя, надеясь, что не сделаю ничего подобного на заседании совета.
Утром первым делом отправилась к Маргарите, чтобы извиниться перед ней. Боялась, что она не примет мои извинения, но Маргарита удивила меня своим отношением. Она сама признала, что ее слова были неуместны, тем более что Самуэль присутствовал при этом.
