Драко не силах больше сдерживать резь слез, закрыл глаза и в этот момент почувствовал как его выталкивает невидимая сила, будто из воды. Но он не хочет этого. Только не сейчас. А когда глаза все же открылись, он увидел, что он снова в той же комнате, на дворе ночь, но его мама... Она улыбается с обычного портрета на стене со счастливым и спокойным взглядом, с глазами, что смотрели прямо. Чаша вспыхнула и голубой туман воспоминаний исчез.
- Не-е-ет! Мама!
====== Глава 24 ======
Гермиона проснулась от стука. Открыть опухшие от слез глаза было очень больно, но она все же решилась. Стук не прекращался.
- Я уже не сплю, заходите – сказала девушка, но ничего не произошло.
Она села на кровать и огляделась. Как она оказалась в своей комнате? Вчера она была в Австралии и убедилась в том, что ничего нельзя сделать, ничего нельзя вернуть назад. Надо учиться жить дальше. Потом пришла Джинни и заставила выпить... чай.
- Джинни, если это ты скребешься, то заходи. Я не сержусь на тебя.
Но никто не заходил и стук не прекращался.
- Гарри? Джинни? Это вы?
Гермиона встала с кровати и, подойдя к двери, поняла, что звук исходит не от двери, а из окна, по которому хлестал сильный дождь. Она подошла и открыла тяжелые деревянные створки. Холодный и влажный воздух ворвался в комнату и сразу же вытеснил комфортную уютность. Гриффиндорка никогда не любила дождь, но пусть лучше плачут небеса, чем она. Здесь и сейчас она обещает себе, что позволит этому дождю смыть свое горе, свою боль, свое прошлое. Она выйдет из этой комнаты с твердым желанием жить дальше. И все сделает для того, чтобы больше никто не увидел её слез, они закончатся вместе с дождем. Улыбнувшись себе, Гермиона закрыла окно и пошла в ванную. Приняв ванну, она неспешно оделась и спустилась вниз. В гостиной никого не было, а с кухни слышалась негромкая беседа. Тихонько заглянув туда, она увидела, что двое её влюбленных друзей, стоят у плиты и шепчутся. Гарри гладил спину девушки, а она перебирала его волосы.
- Кх-кх! Кто-то мне предложил жилье при условии, что я буду контролировать ситуацию. Но если кое-кто каждый раз будет подмешивать мне успокоительного, то боюсь, что у меня ничего не получится.
- Гермиона! – Джинни вырвалась из рук своего парня и бросила к подруге. – Как ты? Ты... прекрасно выглядишь!
- Спасибо. Все нормально. Это всё ванная с пенкой. Я так давно её не принимала, что и забыла как это оно. Гарри, но если ты не возражаешь, то я куплю пену немного женственнее. Возможно, с запахом ромашек?
- Гермиона, с тобой точно все нормально? – Гарри подошел к своей девушке, которая стояла в шаге от подруги и не могла понять, что происходит. – Может, у тебя жар? – Парень протянул руку, чтобы попробовать лоб странной сегодня гриффиндорки.
- Гарри, все со мной хорошо! Вы видели, какой там ужасный дождь? – Она обошла остолбеневших друзей и подошла к кухонному столу. – Что у нас сегодня на завтрак? И не надо на меня так смотреть, Вы сейчас во мне своими взглядами дыру сделаете. Говорю вам – все нормально. Я хорошо выспалась, спасибо Джинни, хорошо понежилась в ванной, позавтракаю, и, если ты, подруга, мне, конечно, поможешь, приведу свою внешность в порядок, а потом начну новую жизнь.
- Герм, ты не должна стараться. Мы все понимаем и поможем.
- Так, друзья мои, достаточно, а то я уже начинаю злиться. Все, что было – то было. Надо жить дальше, что я буду активно делать. Но Вы почему-то за меня не рады. Я говорю, что все нормально. Я ничего не стараюсь Вам показать. И еще, если ты, Джинни, меня сейчас не покормишь, то я действительно стану зла как мигера, которой иногда бываю.
