Увы, нет... Сколько раз она убеждалась в том, что Малфою нельзя доверять, он не способен измениться. Что бы ни говорили Снейп, Дамблдор, как бы ни хотели видеть в нем другого человека – они, как и она, ошибаются. Он Малфой, сын своего ужасного отца.
Открыв глаза, она посмотрела на руку слизеринца. Черная метка – черный знак Пожирателя смерти. Драко прав, ему никогда не избавиться от этого клейма служителя зла. И даже если он действительно захочет измениться, то ни волшебный мир, ни общество никогда не поверит в эти изменения. Его никогда не воспримут другим.
Но последние события заставлю задуматься о совсем других вещах. Что случилось с ним за этот месяц?
Отведя взгляд от Драко, Гермиона оглянулась вокруг. Когда вчера она оказалась в этой комнате, то была просто поражена сходством со своей собственной комнатой в доме, где когда-то она родилась и жила. Он был у этого дома, но был ли в самой комнате? Мог ли умышленно воспроизвести это сходство? Но для чего? А если он этого не делал... то неужели это может свидетельствовать, что они похожи, и все происходящее между ними – не простая случайность или совпадение...
Когда она увидела его в том углу, то сердце сжалось от боли и сострадания. Перед глазами всплыл образ смерти Нарциссы и Люциуса. Самое ужасное, что, скорее всего, и Драко это видел, а потом он забрал их и исчез. Но неужели именно потеря родителей сделала его таким? Но тогда в этом еще одно доказательство их сходства – привязанность к родителям, которую они никогда не показывали другим...
Однако она смогла смириться и стараться жить дальше. Очень стараться, но как-то жить... Неужели Малфой действительно не такой, каким она его знала, каким он хотел, чтоб его видели?
Этой ночью, она действительно увидела его другим. В него будто бы вселился какой-то монстр. Этот взгляд, этот голос... все чужое и очень пугающее. Он использовал непростительное заклинание. Но было ли это впервые? Он был Пожиратель, у них были эти проклятые задания, и для Малфоя не могло быть исключений. Дамблдор говорил, что Драко не смог его убить, не смог выполнить задание из-за меня, но он ничего не сделал, чтобы спасти Крэбба и Гойла. И тогда он четко объяснил, что это было наказанием за нарушение приказа. Неужели и здесь причина во мне? Но они были прежде всего его друзья. «У него нет друзей» – пронеслось в голове когда-то сказанное Снейпом.
Снейп! Сколько лет он показывал себя другим. Сколько лет он делал вид, что просто ненавидит Гарри, но на самом деле всегда охранял. Сколько лет он с такой преданностью пронес свою любовь, вопреки всему! Но она чувствовала это, видела, что он что-то скрывает, иначе бы не подарил книгу, не рассказал семейную тайну Малфоев. Может быть есть какое-то сходство в этих двух слизеринцев, которых разделяют годы и обстоятельства?
Неужели судьба всегда решает все сама?
Неужели я смогу... полюбить... смогу... или уже... а он...
Перевернувшись легонько набок, чтоб не сдвинуть руки, Гермиона начала рассматривать спящего парня. Еще в школе она заметила, но боялась признаться даже себе, что он был очень привлекателен. И это было не только внешняя красота. Его аристократизм. Он отмечался во всем – манере сидеть и идти, говорить и даже молчать, воспитании, в поведении с другими (не станем вспоминать и оценивать, как складывались у него отношения с ней и её друзьями, но даже эти споры и сказанные слова были четко взвешены, подчеркнуты и обдуманы, это тоже надо уметь, как пример для сравнения – Рон). И если она уже вспомнила о других парнях, то во время турнира почти все девушки вздыхали о Викторе Краме, но их объединили совсем другие качества – общая осведомленность, любовь к книгам, нетерпимость к темной стороне магического мира.
Драко же был всегда рядом. С первого курса, он был лучшим в учебе, и этим стал для гриффиндорки той ступенью, из-за которой хотелось быть всегда выше. Их соперничество с Гарри, показное отвращение к Рону и ненависть к ней, каждый раз доказывало, что они из разных миров, они совершенно разные и нет никакой силы и возможности что-то изменить.
Если бы не одно Пророчество. С тех пор устоявшийся мир начал медленно переворачиваться с ног на голову. Ее попытки узнать о нем больше привели в кабинет Снейпа, в туалет, в Выручай-комнату. И именно в этих местах она делала новый шаг в пропасть. Один поцелуй и один взгляд просто толкали бежать в направлении этой бездны, которая манила. Но никогда не возникало желания вернутся назад. А то, что было этой ночью, поставило точку в невозможности возврата назад. Что это было, Пророчество, судьба или банальная страсть, пусть остается вопросом, на который ответит время. Желание быть здесь и сейчас ей подсказывает сердце, и пусть так и будет.
