Этого Лорд допустить не мог. Неизвестно, как далеко протянулись щупальца тех, кто охотился за ним. Он заметил закрытую дверь. За армированным стеклом виднелся коридор. Схватив Акулину за руку, Лорд направился к двери.
Служительница в форме преградила им дорогу.
— Я же сказала, мы дождемся прибытия полиции.
— Послушайте, у меня выдался очень тяжелый день. За мной охотятся люди, которые хотят меня убить, мне только что пришлось столкнуться лицом к лицу с трехсотфунтовой гориллой. У меня нет настроения с вами спорить. Надеюсь, вы меня поняли.
Поколебавшись, служительница освободила проход.
— Правильный выбор. А теперь — где ключ от этой двери?
Сунув руку в карман, женщина бросила Лорду ключ. Лорд и Акулина заперли дверь за собой.
Они вышли к двум большим ангарам с оборудованием, рядом пустовала автостоянка. Знак указывал, что это стоянка только для сотрудников зоопарка. Понимая, что возвращаться к главному входу нельзя, Лорд направился в сторону океана, к шоссе вдоль побережья. Ему хотелось как можно быстрее убраться отсюда, и он вздохнул с облегчением, увидев такси. Лорд остановил машину, и через десять минут водитель высадил их у парка «Золотые ворота».
Лорд и Акулина прошли в парк.
Впереди простиралось погруженное в темноту футбольное поле, справа был небольшой пруд. Парк тянулся на многие мили во все стороны. Деревья и кусты в вечерних сумерках превратились в бесформенные тени. Остановившись у скамейки, Лорд и Акулина сели. Нервы у Лорда были натянуты до предела, и он гадал, надолго ли его еще хватит. Акулина обняла его и положила голову ему на плечо.
— Просто поразительно, как ты обманула ту обезьяну, — заметил Лорд. — Ты чертовски хорошо лазаешь по деревьям.
— Не думаю, что эта горилла сделала бы мне что-то плохое.
— Я понимаю, что ты хотела сказать. Самец мог бы наброситься на меня, но не сделал этого. Он даже остановил самку.
Лорд вспомнил, как Король Артур колотил сумкой о каменную стену. Он поднял сумку с сырой травы. Фонарь над головой отбрасывал оранжевое свечение. Вокруг не было ни души. Становилось прохладно, и Лорд пожалел о разорванном свитере, оставшемся в вольере с гориллами.
Он расстегнул молнию сумки.
— Когда Король Артур швырял ее в стену, я мог думать только о яйце.
Достав бархатный мешочек, Лорд выкатил из него яйцо. Все три ножки сломались, многие бриллианты вывалились из оправы. Акулина быстро подставила руки, ловя драгоценные обломки. Само яйцо треснуло посередине.
— Оно безнадежно испорчено, — пробормотал Лорд. — Яйцо было бесценно. Не говоря о том, что это, возможно, означает конец наших поисков.
Глядя на трещину, зияющую в этом шедевре ювелирного искусства, он почувствовал пустоту в груди. Лорд осторожно просунул палец в яйцо. Там было что-то белое и пористое. Похожее на упаковочный материал. Пощупав, Лорд понял, что это хлопчатобумажная ткань, свернутая настолько плотно, что невозможно освободить хотя бы кусочек. Он продолжал ощупывать яйцо изнутри в надежде найти механизм, поднимающий три миниатюрных портрета, но вместо этого наткнулся на что-то другое.
Определенно, там было что-то твердое.
И гладкое.
Подставив яйцо под рассеянный свет фонаря, Лорд разглядел тусклый блеск золота, на котором было что-то высечено.
Текст.
Схватив края яйца обеими руками, Лорд расширил трещину, раскрывая тонкие золотые стенки, словно это был спелый гранат.
Хейес увидел, как Орлегов и Прищуренный торопливо вышли из главных ворот зоопарка и направились к машине. Они с Хрущевым терпеливо ждали на стоянке. Крошечный маячок, который Хейес подвесил Лорду, исправно подавал сигналы. В консульстве осталось много подобной аппаратуры со времен холодной войны, когда Сан-Франциско был центром советской разведки, собиравшей информацию о важном калифорнийском регионе, где были сосредоточены многие военные объекты и предприятия, выпускающие оборонную продукцию.
Лорду позволили бежать, чтобы через него выйти на Акулину Петрову, в руках у которой, как предполагал Хейес, находилось то, что Лорд обнаружил в могиле Николая Максимова и в банковской ячейке. Имея возможность следить за добычей с безопасного расстояния, преследователи дали Лорду попетлять по улицам вечернего Сан-Франциско. Сперва Хейес посчитал место встречи странным, но потом сообразил, что Лорд позаботился, чтобы вокруг было многолюдно. А Хейесу сейчас как раз меньше всего нужно было привлекать к себе внимание.
— Не нравится мне выражение их лиц, — заметил Хрущев.
Хейесу оно тоже не понравилось, но он промолчал. Его утешало, что портативное устройство слежения с жидкокристаллическим экраном уверенно пищало, извещая о сильном сигнале маячка. Хейес нажал кнопку, и в задней двери «линкольна» опустилось стекло. Орлегов и Прищуренный подошли к машине.
— Мерзавец забрался в вольер к гориллам, — сказал Орлегов. — Мы попытались последовать за ним, но нас остановила эта долбаная тварь. Я рассудил, что шоу нам не нужно, поэтому мы вернулись. Мы просто выследим Лорда снова.
— Вы поступили разумно, — согласился Хейес. — Сигнал по-прежнему сильный.
