Сон закончился, но Рапсодия проснулась от собственного крика. Элендра сидела рядом с ней на кровати и крепко держала ее за руки.
- Рапсодия? Что с тобой?
Рапсодия смотрела на нее и дрожала. Она закрыла глаза, пытаясь вспомнить, что ей приснилось. Очевидно, это был вещий сон, предупреждение, на которое она не могла не обратить внимания. Элендра видела, как она мучается, и ушла в надежде, что она быстрее придет в себя в одиночестве.
- Дол моул достаточно теплый?
Рапсодия сделала глоток и кивнула:
- Отличный. Спасибо, что принесла. И извини, что разбудила.
Элендра молча наблюдала за своей ученицей, которая пила живительный напиток и пыталась успокоиться. Она уже привыкла к тому, что Рапсодию постоянно мучают кошмары, и теперь почти не замечала этого. Сегодня она проснулась от необычайно пронзительного крика девушки, а услышав ее сон, поняла, почему та испугалась.
Допив дол моул, Рапсодия поставила кружку.
- Утром мне придется отправиться в Сепульварту.
- Человек в белом одеянии похож по описанию на Патриарха, - кивнув, сказала Элендра. - Хотя видят его только представители внутреннего круга, и я не знаю точно, как он выглядит. Кто другие люди мне неизвестно. Вполне возможно, что это всего лишь символы.
- Я узнала юношу, который был с ними. Он Первосвященник Кандерр-Ярима, - проговорила Рапсодия. - Я с ним встречалась, когда вела переговоры о заключении мира между Роландом и Илорком. Он показался мне хорошим человеком. Думаю, смерть Патриарха должна была вы звать у него именно такую реакцию, какую я видела во сне.
- Возможно, те четверо - это остальные Благословенные, - предположила Элендра.
- Может быть, - не стала спорить Рапсодия. - Мне жаль, что приходится покинуть тебя так быстро. Я бы хотела провести с тобой побольше времени.
- Уже пора, - спокойно сказала Элендра. - Ты знаешь все, что тебе необходимо, Рапсодия. Я была не права, когда сказала, что ты еще не готова. Ты стала сильнее и научилась владеть мечом, а еще у тебя мудрое и доброе сердце. Следуй за своей судьбой. А я помогу тебе всем, чем смогу. И помни: ты здесь желанный гость, приезжай в любое время и оставайся сколько пожелаешь. Если ты решишь, что можешь объединить лиринов и намерьенов, приходи ко мне, и я поддержу тебя всей душой.
Рапсодия улыбнулась своей наставнице, но в глазах у нее была печаль.
- Мне будет очень трудно попрощаться с тобой, Элендра. Как ни с кем другим в этом мире. За то короткое время, что я провела здесь, я почувствовала себя дома - впервые с тех пор, как покинула Серендаир. У меня такое чувство, будто я снова теряю свою семью.
- В таком случае не нужно прощаться, - заявила Элендра и, встав, направилась к двери. - Главное, помни: этот дом и мое сердце открыты для тебя всегда. А теперь попытайся уснуть, скоро утро.
- Великий Священный День в религии Патриарха - это первый день лета, сказала Элендра, вручая Рапсодии седельные сумки. Певица кивнула, устраивая их на спине гнедой кобылы, которую ей дала ее наставница, - сильного, но спокойного животного с умными глазами. - Если ты не будешь петлять вместе с дорогами, а поскачешь напрямик, ты можешь успеть вовремя.
- Ты говорила, что до Сепульварты две недели пути, - с сомнением посмотрела на свою наставницу Рапсодия. - Если я поскачу напрямик, то обязательно заблужусь. Я же там никогда не была.
- Шпиль, увенчанный осколком звезды, будет, словно маяк, виден издалека, - успокоила ее Элендра. - Если ты хорошенько настроишься, то сможешь его почувствовать, тебе даже Звездный Горн не понадобится. А уж с твоим мечом ты никогда не собьешься с пути - он обязательно приведет тебя в Сепульварту. Да и вообще ни один лирин еще не заблудился ночью, когда светят звезды.
- Мой дедушка говорил то же самое про моряков, - сказала Рапсодия и улыбнулась, но тут же вновь стала серьезной, вспомнив слова матери: "Если ты посмотришь на небо и найдешь свою путеводную звезду, ты никогда не заблудишься, никогда".
- Я хочу преподать тебе еще один урок, который ты никогда не должна забывать. - У Элендры засияли глаза. - Я бы все равно тебе об этом сказала, только я не знала, что нам суждено так скоро расстаться. У нас на родине существовало братство воинов, оно называлось "Кузены". Все его члены искусно владели мечом и были мастерами ведения боя, а еще они поклонялись ветру и звезде, под которой ты родилась. Туда принимали за воинское искусство, отточенное годами службы, или за бескорыстную и самоотверженную помощь другим людям, оказанную с риском для жизни.
