Люди землю пролюбили, апокалипсис нашли.Но зеленые пришельцы нас сегодня всех спасли.Жить теперь игрою будем, крафтить будем, монстров бить.Фаерболами швыряться, гриндить, баффить, в Данжах жить.Даже Петька-гопник нынче, не шпана, а грозный маг.Эльфы тоже не легенда, но нацисты — просто мрак.И герой наш — просто чудо, жизнь свою прожил уж раз.И теперь люлей он будет раздавать всем про запас.Но хиханьки с хаханьками в сторону, поговорим прозой:В мир пришла Система (зло из космоса здесь не причем, человеки сами виноваты). Жить стало лучше (нет), жить стало веселей! Не сказать, чтобы всем совсем писец. Всё так, мы в чем-то живучей тараканов будем, но проблем хватает. И с годами легче не становится, скорее наоборот (но так и до Системы было…).
Жгучее летнее солнце клонится к закату, игривый лёгкий ветерок доносит на себе ароматы душистых трав. Уже не душно, как в полдень, но еще довольно тепло.
Просторная речная излучина заполнена пестрыми шатрами и перекрыта с суши крепким основательным частоколом. Строители постарались на славу, будто действительно планировали отбивать штурм. Вокруг прекрасная погода для гулянья, отдыха и веселья! А какая изумительная компания, а какая культурная программа была подготовлена организаторами! Лепота!
— Ложись! — кричу зазевавшемуся парню. Но он не реагирует — пялится в сторону, где восьмилапая крысоподобная химера размером с теленка разрывает человека на куски. Морщусь. От злости и раздражения, заметив незащищенную грудь жертвы. Говорил же всем надеть зачарованные щитки. Но нет. «Это не исторично!». Какой на …., к чертям собачьим «исторично», если тебя жрать будут через полчаса!? «Этого не может быть!» — а события последнего месяца не навели тебя на мысль, что теперь и не такое возможно?
Несусь вперед и, подгадав удачный момент, швыряю Разрубатель вперед, подправив его полет телекинезом. Топор проносится в миллиметрах от головы олуха, и делит прыгнувшее на него чудище на две аккуратные части, что пролетают с двух сторон от паренька, скользя по нему срезами, хорошенько так смазав несчастного кровью и внутренностями.
И всё равно стоит, где стоит… Непрошибаемый. Подбегаю, ловлю рукоять прыгнувшего в руку топора, вырубаю болезного легким тычком в затылок. Пусть полежит, сейчас для него так будет безопаснее.
Обвожу взглядом городок из шатров, что превратился в поле брани, которому лишь немного не хватает до статуса «побоища». Вокруг снуют, ползут и скачут всевозможные твари, мечутся мужчины в средневековой броне и с одинаковыми «неисторичными» щитками на груди. Кто по делу, кто просто в панике. Хорошо, что милых дам удалось заранее свести в одно место, подальше и поставить на их защиту Ленку с Дином и Мином на подстраховке. Над головой носятся грифоны, выцеливая новые и новые жертвы. Пикируют, давят массой, рвут когтями и вовсю используют длинные гибкие хвосты с различным колюще-режущим инструментом закрепленным на кисточке.
Замираю. Вход-выдох. Руки приятно холодит зачарованный по самое не могу Калаш. Прикрыв глаза, вслушиваюсь — где же сейчас пулю ждут сильнее всего.
Тут. Вскидываюсь и прошиваю насквозь распахнутую пасть в полусотне метров от себя, смещаю прицел и дроблю в мелкое хрусткое крошево сустав крыла странной бронированной твари (прям, летающий бронетранспортер). Та, закружившись в пике, без брызг ушла под воду, на дно. Дальше, водя дулом туда-сюда только и успевал, что нажимать на курок. Колено, шерстистый затылок, какой-то отросток с шипом-шприцем на конце, лапа, что, вот-вот вонзится кому-то в спину…
Мимо с диким ревом пронесся двухголовый Огр, размахивая здоровенной дубиной и харкая в мелких тварей под ногами небольшими огненными «апельсинами». М-да, скоро здесь всё запылает. Рядом стелется целый Вихрь Мечей, перемалывая в фарш всех, кто попадет внутрь. Конкретно сейчас — это были мелкие твари, напоминающие кузнечиков. Хорошо. Значит Ромка где-то поблизости.
Перехватываю поудобнее верный Топор, хватаю за шкирку двух мужиков с копьями и пинками (для оперативности) гоню их перед собой к берегу. У стены народ уже прекрасно справится и без нас, а вот левее сейчас вылезут те, кто решил обойти стену вброд.
Прежде, чем твари начали выбираться из воды, выхватываю из инвентаря колонку, что заранее настроена на ультразвук. Миг — и монстры синхронно, словно по команде, выпрыгнули из воды на берег. Небольшой песчаный пляж во мгновение ока заполнен стаей скалящих желтые крючковатые клыки псин.
Врубаю дискотеку на полную. Вместе с ультразвуковой волной на уровне человеческого восприятие над полем боя разносится Hero — Skillet. Твари из воды словно на стену налетели, да и многих прочих на мгновение глухануло, чем не преминули воспользоваться обороняющиеся. Кровь полилась с новой силой, формируя вокруг картину, нарисованную художником экспрессионистом-эпилептиком.
Не расслабляясь, проношусь вихрем по пляжу, оставляя за собой разлетающиеся в разные стороны головы, лапы и кишки. В фарватере идут двое копейщиков, добивая всё, что имеет более-менее целый вид и шевелится.
Дальше — сплошной калейдоскоп из крови, летающих мечей и конечностей, ароматов горящей плоти, шерсти, запахов выпущенных наружу внутренностей, человеческих криков и звериного рычания и скулежа.
