Пока она возилась, я обмыла Бурро тёплой водой и тоже переодела в чистые штаны и рубаху. Он пришёл в себя и бормотал что-то невнятное, едва стоя на ногах.
Мы под руки протащили его через весь Нижний город к щели между домов. Там пришлось перегруппироваться: я тянула спереди, Хлоя толкала сзади. Мы запыхались, взмокли и снова перепачкались в кирпичной крошке. Через ворота прорываться было бы проще! Бурро держался с трудом. Каждый раз, когда его густые ресницы опускались, а подбородок опрокидывался на грудь, я вздрагивала. Может, не стоило его тревожить?
Когда мы дотащились до людной улицы, на помощь пришли двое любезных господ. Мы с Хлоей немного отдышались, пока они волокли Бурро к храму Вулкана. На пороге нас встретили послушники и проводили к свободному целителю.
— Что же вы так его запустили? — цыкнул пожилой уже дядька с седой бородой, внимательно осматривая Бурро.
Тот уже никого не узнавал, беззвучно шевеля губами.
— Здесь зреет большой гнойник. Он может вызвать заражение крови, — стращал целитель.
Хлоя бледнела и таращила и без того огромные глаза.
— Но вы ведь поставите его на ноги, правда? — спросила я, сглатывая сухой ком.
— Сделаю, что смогу, но ничего не обещаю, — развёл он руками. — Оставляйте его здесь, напишите свой адрес. Я отправлю посыльного, когда будут новости.
Плату за лечение назначили такую, что мне пришлось отдать все деньги и пообещать отработать у них пару недель. Одалживать из жалованья Микаша не хотелось, всё-таки это его кровные. Он так мечтает о собственном доме со слугами…
На занятия я опоздала и решила проводить потерянную и потухшую Хлою домой.
— Старшие говорили, что всё хорошо будет. Всегда так было. Так почему с Бурро не вышло? — задавала она вопросы, ответы на которые вряд ли рассчитывала услышать.
— Плохие вещи просто случаются, — на ум шли только премудрости Кодекса. — Целители справятся. Они и мёртвого на ноги поставят. Моего друга отравил демон, и они его вылечили. А что значит обычная болезнь по сравнению с демоническими чарами?
— Да-а-а, — протянула Хлоя. — А ты их правда видела?
— Правда. Они и здесь есть, в катакомбах под городом.
Хлоя передёрнула плечами.
— Нет, я их не боюсь. Я их ножичком по рёбрышкам!
— Лучше мойся почаще. Демоны запах грязи и пота первым делом чуют.
В лачуге нас уже ждала большая компания: все одиннадцать братьев Хлои во главе с Лино.
— Где Бурро?! Книжникам на пытки сдала или стражников на нас натравить решила? — напустился он на меня.
— Заткнись! — зарычала на него Хлоя прежде, чем я успела ответить. — Мы отвели его в храм. Его подлатают, и он вернётся как новенький. А ты только и можешь, что орать и кулаками махать. Мы, между прочим, давно говорили, что Бурро плохо. А ты: как на собаке зарастёт. Целитель сказал, что ещё чуть-чуть, и было бы всё!
— Слушайте вы их больше!
— Перестаньте, — встала я между ними. — Я пришла в гости по просьбе Хлои и принесла кое-какие вещи.
— Нам не нужна милостыня!
— Так вы же сами её просите. И воруете, к тому же. Считай, что это «плата за проход».
Лино стиснул зубы.
— Если бы не заступничество Лелю, я бы тебе показал, что такое настоящий мужчина.
— Не сомневаюсь. Ну, бывайте. Как станет что-то известно, я сообщу, — я развернулась и направилась к выходу.
— Стой! Ты ведь не испугалась? Ты ведь ещё придёшь? — вцепилась мне в рукав Хлоя уже за порогом. Младшие мальчишки во главе с Чусом тоже вывалили на улицу.
— Приду, если позовёшь. Невежливо отказываться от приглашений.
Я зашагала прочь, а дети провожали меня страждущими взглядами.
За углом настигла шумная толпа карликов, калек и попрошаек. Я вжалась в стену дома. Процессия вскоре миновала. Замыкающий её Лелю остановил впряжённых в телегу собак и галантно поцеловал мою руку:
— Не окажет ли Светлая госпожа мне любезность и прогуляется со мной?
Я улыбнулась, тревогу как рукой сняло. Собаки потянули тележку между домов, Лелю указывал им путь, слегка натягивая поводки. Мы вышли к старой набережной. Паутинки трещин бежали по отполированным ногами камням, чёрные пятна походили то ли на ожоги, то ли на тлен. Из воды плотным ковром наступала зеленовато-ржавая тина, от вони слезились глаза. В кучах мусора по берегам копошились вздорные чайки, поглядывая с враждебностью и укором, и кричали так, будто кто умер, а то и вовсе лаяли по-собачьи. Гранитные плиты вздыбливались до пояса. Я уселась на ту, где скос был ровным. Благо, камень нагрелся на солнце. Я повернулась к воде спиной, чтобы не смотреть на грязь. Уж лучше чудное, слегка кособокое лицо моего знакомца.
— Вы удивительно милы для дамы из высшего света, — печально улыбнулся Лелю.
— А вы удивительно вежливы для Короля воров, — усмехнулась я.
— Должность обязывает, — он снял широкополую шляпу с пером, обнажив лысую голову, и учтиво склонил её набок. — Так почему вы одна не испугались половинчатого урода?
Я задумалась и посмотрела вдаль.
