— О… Одер, — дрожащими губами произнесла Вилена столь ненавистное ей имя.
Трое чернокнижников стояли перед ней, а у их ног лежали тела мёртвых детей. Очередные жертвы их мерзкого ритуала. Вилена стояла как вкопанная, не в силах даже пальцем пошевелить. Все самые ужасные воспоминания нахлынули в один миг.
— Что же ты стоишь? Разве ты не хочешь броситься в мои объятия после долгой разлуки? — Продолжал язвить Одер. — Пойдём с нами. Ты всегда должна быть рядом со мной, моя куколка.
Одер взял Вилену за руку и повёл в сторону дороги, а двое других адептов последовали за ним. Девушка не сопротивлялась, она не могла. Вся её сила воли и решимость испарились в один момент, стоило ей только встретиться лицом к лицу со своим самым страшным кошмаром.
— С-спасите, — едва слышно прошептала Вилена. — Сэйшин.
Когда трое адептов вместе с девушкой проходили мимо одного горящего дома, с крыши кто-то спрыгнул и приземлился прямо рядом с Виленой, оттолкнул Одера и, подхватив пленницу на руки, за два шага отпрыгнул на несколько метров. Этот человек был небольшого роста, облачённый в чёрную мантию, которая ему была не по размеру, поэтому наспех подвязана по рукам и ногам. Лицо маленького мага скрывал капюшон.
— Мерзкие негодяи, только троньте мою сестрицу, ух, я вам задам, — с детским пылом выдал Эдвард, поставив Вилену на землю. — Ну, всё, сейчас вы у меня получите!
Пророк выставил кулаки вперёд, словно готов начать бокс, а Одер в ответ лишь насмешливо фыркнул, а потом и вовсе залился громким хохотом. Двух других адептов тоже позабавила эта ситуация.
— Эй, мальчик, уж не знаю, с кого ты снял эту мантию, но стоит признать, что она тебе идёт, — с насмешкой говорил Одер. — Знаешь, коль тебе так дорога твоя… «сестрица», то ты мог бы присоединиться к нам, и тогда, будь уверен, вы с ней никогда не расстанетесь. Я же вижу, что ты способный парень, раз в столь юном возрасте уже владеешь магией, и, поверь мне как своему старшему, я открою тебе много тайн, познав которые, ты поймёшь, почему мы всё это делаем.
— Вы плохие люди, которые совершают ужасные вещи! — Продолжал свой детский спор пророк. — Так о чём мне с вами говорить? Вы хотели навредить моей сестрице!
— Ха-ха. Если бы я действительно хотел ей навредить, то уже сделал бы это. Разве ты не заметил, что она сама шла за мной и не сопротивлялась?
«Грязные отбросы! Вы пролили столько крови невинных, но что самое страшное — вы убивали детей. Ох, Маркуса на вас нет. Даже без магии он бы вам всем головы отрезал и отправил вашим родителям, а потом убил бы и их. Ублюдки, играетесь с женщинами, словно они не люди вовсе, при этом вы ещё и аристократы, голубая кровь и всё такое. Богатство и власть, да? Я тоже так хочу. Много денег, и пусть красотки сами вьются вокруг меня. Но я не буду для этого ничего делать, а просто заберу то, что есть у вас. Я пожру ваши жизни и воспоминания. Мне мало того, что имею. Я заберу всё то, что принадлежит вам».
— А если я присоединюсь к вам, сестрица правда будет всегда со мной? — с наивным детским голосом спросил Эдвард.
— Конечно! — Едва сдерживая смех, ответил Одер.
— Тогда я согласен. Я не хочу с ней расставаться и готов пойти на что угодно.
— Отличный настрой мальчик, — похвалил адепт.
— Знаете, глядя на всё то, что происходит вокруг, мне вдруг вспомнилось одно стихотворение, которое я вычитал недавно.
Адепты смеялись и весело переглядывались между собой. Тяжело было сдержаться, разыгрывая такой спектакль. Вот только они до сих пор не поняли, что актёров на сцене больше, чем могло показаться на первый взгляд.
Пока Одер с другим адептом глумились над мальчишкой, чернокнижник, стоявший позади, вдруг изменился в лице. Улыбка пропала, и он слушал стих, но всё никак не мог понять, что это такое, и почему ему так не спокойно на сердце.
— Это заклинание! — Закричал адепт, стоящий позади всех. — Барьер!
— Поздно! Вы все подохнете здесь! — Яростно выпалил Эдвард и сцепил ладони в замок.