После этих слов Арсхель исчезла, и Библиотекарь остался один в своём собственном мире. Хранитель архива продолжал сидеть на своём троне в виде книги и задумчиво смотреть на один из миров, внимательно наблюдая за происходящими событиями. Затем, тяжело вздохнув, Библиотекарь тихо произнёс:
— Я до сих пор помню твой крик, Маркус. Твоё горе — результат мой халатности. Я… позволю вам встретиться вновь. Девятнадцать лет назад я возродил её, а сейчас я приоткрою дверь ада, чтобы ты увидел выход. Всё остальное зависит от тебя.
Библиотекарь щёлкнул пальцами, и в одном из миров треснуло пространство.
Жуткая тварь сокрылась во тьме,
Зло запечатано в земной глубине;
Но вскоре умолкнут навеки они,
Лишь Божий пророк откроет очи свои.
Вокруг был лишь туман, не позволяющий разглядеть что-либо дальше одного шага. Чей-то голос вместе с посторонними звуками сливался в гул, который невозможно было разобрать. Эдвард не понимал, где он находится, как здесь оказался, и что вообще происходит вокруг. Он стал напрягать слух и зрение, чтобы прояснить ситуацию, как вдруг, услышал голос:
— Двадцать четыре умножить на сорок три!
— Что? — непонимающе спросил возрождённый.
— Долго думаешь! — Рявкнул чей-то голос в ответ. — Отожмись пять раз!
Туман перед глазами постепенно начал рассеиваться, и перед Эдвардом предстал молодой мужчина. На вид ему было около тридцати лет. Идеальные черты лица с пропорциями Аполлона, чёрные глаза с глубоким и настолько проникновенным взглядом, что перед этим человеком невозможно было лгать. Телосложение не просто атлетическое, оно словно являлось практически не досягаемой вершиной, нет никакой лишней массы, идеальный баланс взрывных мышечных волокон и выносливых. Этот человек был воплощением грубой силы, готовой взорваться в любой момент невиданной мощью, которая сломает любого, кто встанет на его пути. Даже если противник больше в два раза, он будет повержен.
Эдвард помнил этого человека, того, кто многие годы развивал не только тело, но и интеллект, тем самым превратив самого себя в идеальную машину смерти. Никто не победит. Никто не уйдёт. Даже на другом конце света не спастись от него, коль стал целью. И этот человек обладал невероятной харизмой. Голос звучал настолько твёрдо и властно, что побуждал к беспрекословному подчинению даже представителей правоохранительных органов. Никто не знал, как ему это удаётся, но стоит его чёрным глазам посмотреть на кого-то, как тот уже трепетал перед этим человеком в благоговении. Это чувство было знакомо Эдварду. Первый псих, с которым столкнулся пророк задолго до встречи с Баламаром. Маркус.
Стоило возрождённому замяться на мгновение с ответом, как он тут же получил удар двумя вытянутыми пальцами в ямочку под кадыком. Язык непроизвольно немного вылез наружу, рот заполнился вязкой желчью, а мышцы на шее напряглись, словно пытались протолкнуть кирпич. Эдварду понадобилась пара минут, чтобы прийти в себя, после чего он отжался пять раз. Пророк прекрасно помнил эти небольшие наказания за промедление с ответом. Сначала они казались смешными, но постепенно их накапливалось такое количество, что к концу тренировки тело наливалось свинцом и вообще отказывалось шевелиться.
— Сегодня тренировка завершится одним вопросом. Кто ты?
— Я… Эдвард Крафт… — Неуверенно ответил пророк.
— Я знаю, как тебя зовут. Ты отвечаешь на вопрос, который я не задавал. Кто ты?
— Но я не понимаю вопроса! Да и вообще, к чему всё это? Какая разница, кто я?