— Я вижу следы. Остатки энергии ещё свежи, он был здесь совсем недавно. Дальше следы расходятся. Нам надо разделиться. Я пойду направо, а ты налево.
— Что? Ты серьёзно? — Зашипел Эдвард. — Когда в фильме ужасов кто-то говорит, что надо разделиться, то одного из них в итоге убивают.
— Какой ещё фильм ужасов? Не мели ерунды, балбес. На Мёртвой горе тебя в пыль разнесло, но ты же смог выжить. Чего тебе бояться? Здесь мы разделимся. Вопрос закрыт.
С этими словами Баламар повернул направо, а Эдварду оставалось только идти налево по следам страшных бестий. С каждым шагом пророк всё отчётливее ощущал связь этого монстра с Арсхель, а так же исходящее от него безумие. Возрождённый не имел представления о том, как выглядит сумеречный зверь, но, вспоминая ужастики, он подумал об изуродованном человеке с облезшей кожей, который бегает на четвереньках, более того, в выгнутой позе вверх животом. Представив, как эта тварь гонится за ним, издавая тот самый жуткий вой, кровь Эдварда застыла в жилах.
«Никакой бабайка мне не страшен. Подумаешь, жуть жуткая, скрывающаяся во тьме, которая ждёт момента для внезапного появления, стоит только мне повернуть голову. Я сильный. Я настолько мощный и смелый, что даже звука не издам при встрече с этой тварью. Я покажу ей, где раки зимуют».
Эдвард продолжал медленно продвигаться один по лесу. Когда он проходил мимо одного дерева, его взгляд привлекло внимание одно странное пятно. Оно показалось очень необычным, потому что от него исходила зловонная энергия, что была близка силе Арсхель, но в то же время казалась такой далёкой, словно никак не связана с Богиней. Пророк поднёс огонь, чтобы лучше рассмотреть это пятно. На стволе дерева был след от ладони, чьи-то когтистые пальцы оставили глубокие борозды, стоило дотронуться, как часть коры тут же осыпалась, и почувствовался сильный запах гнили.
Пророк обошёл дерево вокруг, освещая его огнём. Кора высохла и местами отвалилась. Возрождённый взял в руки нож и начал ковырять ствол. Как он и предполагал, дерево было полностью мёртвым. Первое, что пришло на ум пророку — поглощение. Магия, способная вытягивать жизненную энергию из других существ. Только Эдвард собрался идти дальше, как рядом послышался шорох, что-то прошмыгнуло мимо. Пророк сделал пару шагов назад и замер, продолжая держать огонь перед собой и медленно водя им из стороны в сторону. Затем послышалось хриплое дыхание за спиной, отчего по спине пробежала дрожь, сердце бешено забилось в груди, а глаза округлились настолько, что чуть ли не вылезали из орбит.
«О нет. Ну, вот и всё, моя песенка спета. Сейчас я повернусь, а там страшная образина как завопит на меня. Проклятье! Она съест мои кишки».
Пророк медленно обернулся, но там никого не было. Эдвард решил, что от этой жуткой атмосферы и разыгравшейся фантазии у него начались слуховые галлюцинации. Надо двигаться дальше. Но стоило возрождённому повернуться, как перед ним возникло нечто. Гниющий мертвец настолько низко склонился к земле, что казалось, будто он стоит на четвереньках. Тонкие пальцы с длинными когтями, обнажённые клыки, форма тела изменилась настолько, что в нём уже не узнать человека, а остаток длинных волос придавал ещё больше жути образу этой твари.
Страшная бестия вытянулась во весь рост и издала громкий вой, тот самый, который был слышен раньше. От ужаса Эдвард тоже закричал, а после направил руки на тварь перед собой и выпустил из ладоней струю пламени, которая тут же объяла сумеречного зверя. Бестия задёргалась от боли и стала метаться с громким визгом, похожим на скрежет стекла, а пророк бежал за ней следом и продолжал поливать огнём, громко крича от страха. Проклятое пламя очень сильное, поэтому жуткая тварь быстро превратилась в уголёк и упала замертво. Через мгновение появился Баламар. Он окликнул Эдварда, тот вскрикнул от испуга и чуть не запустил огнём в старого мага.
— Успокойся! Я слышал твой крик и вой сумеречного зверя. Что здесь произошло?
— Я осматривал дерево. Оно высохло. Там след. Гниль. Потом шорох. Я смотрю — никого. А потом передо мной появилась какая-то страшная образина. Я начал её жечь. Она начала кричать. Потом упала. Тут ты пришёл. — Выпалил Эдвард на одном дыхании как скороговорку. — Фух, страшно-то как.
Баламар подошёл к обугленному телу и осмотрел его. Труп рассыпался от одного прикосновения, полностью превратившись в пепел. Опознать тварь не вышло. Хоть Повелитель душ и был уверен, что слышал голос сумеречного зверя, но эта новость не предвещала ничего хорошего. Нужно было удостовериться, поэтому он обратился к своему ученику:
— У этой твари была облезлая гнилая плоть, большие клыки и когти? Она передвигалась, низко склонившись к земле?
— А? Ага, всё верно.
— Всё же это сумеречный зверь. Неужели Гарда здесь? — задумчиво пробормотал Баламар. — Я надеялся, что культ здесь проездом, ведь на Языке Дьявола им делать нечего. Здесь нет ничего, что могло бы привлечь внимание безумных пророков. Однако появление сумеречного зверя говорит об активности культа. У них есть какие-то планы на этот остров.