Три фигуры удалялись в сторону Хальты, в то же время в одной комнате на постоялом дворе на полу, залитом кровью, сидел Эдвард с поникшей головой, виня себя за бессилие. Ведь он не смог отстоять ни свою честь, ни честь своего мастера. Всё, что сейчас нужно, это сила.
Кругом был лишь мрак подземелья и затхлый воздух, пропитанный зловонием сырости и гнили. Длинные каменные коридоры без единого огонька тонули в кромешной тьме и безмолвии. Но вскоре тишину поспешили нарушить чьи-то шаги. Поступь нескольких человек эхом отражалась от стен в пустых коридорах. Люди в черных мантиях, их головы были покрыты капюшонами так, чтобы даже союзники не смогли разглядеть лиц. Они уверенной походкой шли в одном направлении, освещая себе путь факелами. Впереди была круглая комната, пустая, но стоило им осветить это помещение, как перед людьми в чёрных мантиях предстал человек, словно возникший из пустоты. На нём было такое же одеяние, что и на других. Он хлопнул в ладони, и в тот же миг свечи на стенах круглой комнаты загорелись тёмно-синим пламенем, слегка осветив это место.
— Я рад вас приветствовать здесь, мои братья и сёстры, — послышался шёпот, похожий на хор, что звучал со всех сторон. Тихий голос, словно шипение змеи, отдавался эхом даже в самом удалённом уголке этого подземелья. — Какие вести вы мне принесли?
— Шестеро наших братьев были убиты в лесу около предместий Хальты, — сообщил мужской голос.
— Мы нашли следы магии душ, — сказала женщина. — Кажется, Баламар начал действовать.
— Это ужасно, слышать о смерти наших братьев, — вновь раздался шёпот. — Баламар могучий маг, но он всего лишь старик, что доживает свой век. Не стоит беспокоиться о Повелителе душ, скоро я о нём позабочусь, ведь он уже не так силён, как раньше, но всё же пока лучше с ним не сталкиваться.
— Прошу, просветите меня, Владыка, я хотел бы знать, откуда такая уверенность?
— Ха-ха-ха. Разве вам не кажется, что Баламар выглядит слишком старым для столь могучего мага? Мне известно о его экспериментах с проклятьем вечного огня. Не сомневаюсь, что именно это стало причиной. Есть знания, которых не дано коснуться смертным. Что ещё вы можете мне сказать?
— У Баламара есть ученик.
После этих слов шепчущий человек дёрнул головой, словно получил пощёчину, а затем выдохнул с шипением. Все присутствующие хранили молчание в ожидании, когда заговорит их предводитель, но тот продолжал молчать, нервно подёргивая головой. Чуть позже он всё же нарушил напряжённую тишину своим шёпотом:
— Человек, удостоившийся чести обучаться у самого Повелителя душ… должен умереть.
— По нашим сведениям он ещё совсем мальчишка, поэтому…
— Он опасен! — Яростно зашипел предводитель чёрных мантий. — Баламар никак не мог заинтересоваться просто одарённым магом, будь он хоть самым талантливым из своего поколения. Я знаю как никто другой, что знаменитый Повелитель душ никогда и никого не брал в ученики. Всё, что его интересовало — это проклятие вечного огня.
— Но если он умирает, — сказал мужчина. — Что удивительного в том, чтобы найти преемника?
— Идиоты. Вы все просто дураки! — Злобно шипел предводитель. — Повелитель душ не из тех, кого заботит наследие. Его интересует только одно — адское пламя. Если он нашёл себе ученика, значит, тот как-то связан с проклятьем. Возможно, случилось и такое, что тот человек смог пережить возгорание, как Повелитель огня. Если это так, то это точно привлекло бы внимание старика. Появление нового Дорна может серьёзно навредить нашим планам, поэтому проследите за учеником Баламара и убейте его, как только представится возможность. Я не собираюсь ждать, когда волчонок вырастет и перегрызёт нам глотки. На этом всё. Все свободны.
Люди в чёрных мантиях направились в ту сторону, откуда пришли, а их предводитель остался в круглой комнате. Он хлопнул в ладони, и тёмно-синее пламя на стенах погасло. В этом месте вновь воцарился мрак.
После визита незваной гостьи прошёл день, Эдвард не мог найти себе место, у него пропал аппетит, мысли путались, сплетались в клубок ярости и взрывались желанием убить эту тварь. Она оскорбила Баламара и не просто лишила жизни ученика старого мага, а растоптала его. В голове пророка постоянно был слышен насмешливый голос той женщины, а перед глазами то и дело всплывала её ехидная улыбка.
Эдвард просидел всю ночь на кровати, глядя в пустоту, а когда солнце поднялось над горизонтом, пророк резко встал. Он решил, что надо срочно выпустить пар, ведь из-за переполняющего гнева расследование остановилось, потому что он никак не мог сосредоточиться. Пророк положил гримуар в свой дорожный мешок, собрал лоскуты окровавленной сменной одежды, чтобы сжечь за деревней, вышел из комнаты и направился на восток, в сторону леса. Путь был неблизкий, можно было бы ускориться с помощью магии, но Эдвард решил, что стоит прогуляться, к тому же на редкость ясное небо успокаивало бушующую кровь.