— Собаки одно, а контакты — другое, — заметил отец. — А у этого Султана контакты есть… были. Он оружие хочет купить, крупную партию у братвы. Сам понимаешь, куда стволы пойдут, в какую республику, каким боевикам. Это если вкратце. А платит бартером за волыны — наркотой. У них там сейчас продаётся всё, от рабов до дури, вот они и меняют стволы на героин. Да и заодно молодёжь в нашем городе потравит, ему же в радость, гаду такому. Понятно, что наркота вся здесь осядет по точкам, — голос у отца будто пропитался в этот момент горечью и злостью.
Во как. Стало понятнее. ФСБ ищет боевика, а РУОП хочет пресечь торговлю оружием, а заодно накрыть тех, кто с этим связан. Если на этом завязана братва, то проблем у бандосов будет выше крыши, когда их прищучат.
Да и наркота ведь, братва тут же пустит её в дело, начнёт продавать на всех углах. И даже объявления по всему городу, где предлагали сдать барыгу, не помогут.
А ведь если бы им удалось провернуть сделку, то боевики получили бы оружие, которые будут использовать против наших ребят во второй войне уже через три года, а город наводнит куча наркоты, которой будут барыжить во всех клубах и везде, где можно.
И, скорее всего, в первой моей жизни эта сделка удалась. Я даже вспомнил, что одно время мы то и дело ездили и находили труп очередного нарика, скончавшегося от передоза. Вроде бы даже этой осенью дело было.
Подзабывалось, конечно, но сейчас я вспоминал, что часто это были не безнадёжные нарики, а вполне себе приличная, казалось бы, молодёжь. Тогда герыч считался дорогим наркотиком, для мажоров, но барыги часто давали обычным парням и девушкам первую дозу даром или по большой скидке. Да и уговаривали, мол, это же всего разок попробовать, ничего не будет, а молодёжь-то на всякое запретное падкая, особенно в клубах, когда выпили, да и барыги знали, как уговаривать, чтобы заполучить клиента. Тем более, что часто дурью торговали ровесники, а им было проще найти нужные слова.
Вот дело и шло. Развернули торговлю, маркетологи хреновы, торговцы смертью. Только не учли те барыги, что герыч, который им достался, пришёл чистый, а они привыкли, что он всегда разбодяженный, даже у поставщиков. И сами продавали обычными дозами, не разбавив его сахарной пудрой и всякой дрянью, ведь очень много его пришло, некогда им было этим заниматься.
Вот и выходило, что первая доза для многих становилась последней. А пока это поняли, пока их накрыли, смертей вышло много.
И неужели это связано с этим делом? Если так, то эта треклятая бабочка наконец-то махнула крылом в нужную сторону, и шансом надо воспользоваться, выяснить, а заодно и поучаствовать.
— Вот и мы решили, — начал тараторить Турок. — Нужен пёс, он нападет на Шахтамирова, а тут ты и… оп! Спасешь его, но собака, якобы, не твоя.
— А если он с перепугу выстрелит в Сан Саныча или ножом ударит? — перебил я. — Я-то могу собой рисковать, а вот собака этого не понимает, пропадёт.
— Ничего у него нет с собой, даже заточки, да и он в ступор впадает, — влез отец. — Ряженные ППСники ему личный досмотр по полной устроили. Если у коллег данные верны, всё получится. Вы же всё про него знаете, да? — строго спросил он у Турка.
— Многое, — тот нахмурился. — И про собаку — источник точный.
— И вот, значит, — я задумался вслух. — Я натравливаю на этого Султана Сан Саныча, боевик в ужасе, тут появляюсь я и под это дело с ним знакомлюсь?
— Вроде того, — Турок полез в бардачок. — Вот тут газовый ПМ лежит, там шумовые заряжены, а твой пёс, вроде как, к выстрелам приучен. Шмальнёшь разок в воздух, оттащишь, мы у тебя собаку заберём, а ты тем временем с этим Султаном познакомишься.
— Сказать-то просто, — заметил я. — А вот как это всё провернуть, чтобы естественно было. А то балет начнётся, и он сразу заподозрит, что всё неправильно. Уже придумали, что делать?
— Заманим его в проулок, — медленно сказал батя. — Там опять ППС поедет, якобы ещё деньги с него цыганить, попробуем его прижать туда, где вы с Сан Санычем ждать будете. Султан всё равно по городу ходит, осматривается, что и как. Вот Сан Саныч нападёт, ты оттащишь за угол, успокоишь, и я сразу его у тебя заберу. Лучше сам сделаю, пёс ведь меня хорошо знает. Вот и надо сделать быстро, чтобы тот сообразить не успел.
— А где хотите провернуть это дело?
— Он сейчас в районе КБО обедает, шашлык ест. Вот там и посмотрим, есть места. А если что пойдёт не так, — отец показал на «Газель», — коллеги начнут «маски-шоу» и придут на помощь. Тогда уж берём этого Султана под белы ручки и просто колем его. Но если так выйдет, то братву на него уже не заманить, а суть-то в этом вся.
— Быстрее надо! — крикнул вылезший из «Газели» Николай, держа в руке рацию. — Он выходит уже!
— Давай по дороге объясню, — тут же засуетился Турок.
— Торопитесь вы, — я положил руки на руль. — Всё внезапно, без подготовки. Разве так делается?
