На улице подморозило, так что мы торопливо залезли в машину, Гриша завёл двигатель и включил печку, и в салоне стало приятно теплеть.
— Утром приехал, сразу тебя давай искать, — сказал Турок и потёр озябшие руки. — Кросс-то на воле, работа на месте не стоит, он у нас в разработке. Он и ещё пара личностей.
Он ткнул в кнопку на магнитоле, и из колонок, установленных в дверях, сразу раздалась песня:
— Возьми моё сердце, возьми мою душу.
— О, старый состав, с Кипеловым, — узнал я «Арию».
— Ха! А с кем ещё-то? — удивился он.
— Да неважно, — я отмахнулся. — Погнали.
Турок убавил песню на самый минимум, чтобы не отвлекаться на слова, и осторожно тронулся по обледеневшей дороге.
— Дружбан-то где твой? — спросил он с улыбкой. — Старший розыскной пёс Сан Саныч, — Турок усмехнулся.
— Работает, Гриня, день и ночь. А у нас что с тобой по плану? Казино? Скоро буду оклад у вас выбивать.
— Ну выручи, Паха… Мы же за одну идею, за страну, да? — немного с пафосом протянул Турок.
— Да я шучу, помогу, конечно. С кем там надо базарить? Кто-то определённый?
— Да, и не только он, ну и кто ещё подвернётся нужный.
— Нужный… — поморщился я. — А как я узнаю, что он нужный?
— У тебя чуйка, братец, ты сразу поймешь на месте, какой контингент крутить надо. Тебя же вся братва знает в городе, поэтому я к тебе и обратился. Но ты не боись, мы тебя прикрывать будем.
— Я не боюсь, и мне там не впервые показываться. С кого начать-то?
— Вот с него! — кивнул Турок на обочину.
Мы проехали мимо очередного баннера с кандидатом в мэры и предвыборным лозунгом. Прямо сейчас двое работяг крепили на рекламный щит угрюмую бандитскую рожу пока неизвестного мне Сафронова и его громкие обещания очистить город от наркотиков и выродков.
— С него? — повел я бровью.
— Да, — Турок закивал. — Аркадий Сафронов. Он завсегдатай казино Кросса в последние дни, с тех пор, как начал участвовать в выборах, ну и интересно нам, для чего он там пасется. Реально игрок такой увлечённый или мутки какие проворачивает. Потому что с Кроссом у него отношения, как сказать, не очень чтобы дружеские. А что сейчас между ними — нам очень хочется узнать.
На улице дул такой ветер, что глянцевый плакат постоянно трепало, но рабочие упрямо пытались присобачить его на щит. И всё же погода была против, часть листа оторвало, и он полетел к нам.
Огромная бандитская рожа с надписью внизу «…и выродков…» чуть не закрыла нам лобовуху, но Турок успел притормозить, и лист упал на дорогу. Машина чинно проехала по нему.
— Что это за перец вообще? — спросил я. — Я о нём раньше не слышал.
— Родился-то в деревне в области, недалеко от города, работал охранником, но без лицензии, потом, ещё в старом «Универмаге», под Каратистом ходил, а потом связался с дельцом одним — и уехал в Москву, бизнес открывать. А тут вдруг вернулся и сразу пошёл в политику нашего города. Хотя контакты у него были, он не на пустое место явился, и единомышленников собирать начал быстро.
— И что мне у него спрашивать? — я повернулся к Турку.
— Вот как раз насчёт того дела, что ты расследуешь. Не про маньяка, а про барыг… я детали точные не знаю, но одного, вроде, забили насмерть, хотя и есть информация, что это случайно вышло, его хотели пугануть и максимум покалечить. И одного зарезали дома.
Не совсем зарезали, как я выяснил сегодня, но пока ничего говорить не стал. Если им это важно, выяснят, что тогда случилось, сами и быстро.
— Вот и поспрашивай их, что слышали, что думают. Всё, как ты умеешь, Паха.
— И в чём суть контакта с ним? — я всё так же смотрел на него. — Так он мне и рассказал все.
— Ну ты подход найди, щас все расскажу… Просто есть подозрение, что это его люди и сделали, — Турок задумался и продолжил вполголоса: — Короче, берем его на понт. Ты приходишь и, типа, задаёшь вопросы насчёт этого дела, он паникует, что вы на него вышли, начинает заметать следы, ошибается — и мы его берём, пока он дел не наворотил.
— А если он меня решит грохнуть при этих вопросах? — я усмехнулся.
— Так это же лучше, сразу возьмём… да ты не бойся, у тебя и маячок будет, и группа прикрытия. Если что, врываемся в казино и всех кладём на пол. Не будет, как тогда, в прошлый раз со мной. Тогда оборудование полетело, и меня чуть не грохнули битой. Я же помню, как ты меня спас, — Турок гордо посмотрел на меня. — А если все выгорит, так тебе же лучше — сразу целую серию раскроешь, карточку на себя выставишь.
— Но на вопрос ты не ответил, — произнёс я. — В чём суть всего этого? И не говори, что ссуть-то прямо тут, в песочек.
Я таких шуточек и сам знаю, вагон и тележку.
— Ну, мне старший говорил, детали тебе не надо, но я так и знал, что ты в корень зрить любишь, — Турок заулыбался.
— Николай у вас опять старший?
