Никто по ту сторону не спросил «Кто там?», но через короткое время дверь открылась. На пороге стоял мужчина, совершенно лишенный типичных отличительных черт охранника. Просто безликий обитатель дома с бесстрастным лицом, которое, казалось, слепили, усреднив тысячи лиц. Охранник даже не посмотрел на Вадима, а просто отошел в сторону, пропуская его. Однако, как только Малахов переступил порог, ему в спину уткнулся ствол. Ловкие руки обыскали его и, выхватив из кобуры «Таурус», утихомирились.
— Проходите, вас ждут, — бесстрастный голос прозвучал за спиной Малахова.
Его провели по длинному темному коридору в дальний конец особняка.
— Вам сюда, — опять раздалось сзади, и дверь перед ними распахнулась.
Это была обычная комната, даже не похожая на кабинет или приемную. Комната со скромным убранством и круглым столом посредине. За столом в глубоком потертом кресле сидела пожилая женщина.
— И что, господин Малахов, — с сильным акцентом произнесла она, — никак не ждали такой встречи?
— Я именно этой встречи и ждал, сеньора Тарантини, — ответил Вадим, ничуть не удивляясь встрече. — Очень сожалею, что в прошлый раз доставил вам беспокойство. Странно, я обычно никогда не встречаюсь с теми, в кого стрелял.
— Не стоит извинений, вы попали в платиновую брошь, она меня и спасла. — Старуха осклабилась в гадкой улыбке. — Вы сможете делом искупить тот свой проступок.
— Где мой сын? — Малахов не хотел ничего обсуждать с Сильвией. — Отпустите его и Веронику. Только потом мы сможем о чем-то с вами говорить.
— Не будьте наивным, Малахоффф. — Казалось, итальянка нарочно искажает его фамилию, это звучало, как в дешевом кинофильме про шпионов. — Я прекрасно знаю, что если вы останетесь тут в заложниках, но без семьи вы удавитесь от фанатической ненависти к нам.
— Вы путаете меня с кем-то, я никогда не был фанатиком. Я просто в своем доме собираю мусор и уничтожаю его.
— Не говорите о своем доме, я понимаю, что вы сейчас упадете на патетику.
— Да, понятно, русский не родной, — хмыкнул Вадим. — Я должен увидеть сына.
— Зачем? — искренне удивилась Сильвия.
— Я дол-жен у-ви-деть сы-на, — по слогам повторил Вадим, — и Веронику. Иначе через несколько секунд ваше логово превратится в огненный ад.
— Не надо нас пугать, — ухмыльнулась дама. — Пока ваша семья у нас, с нас и пылинка не слетит.
— Тогда докажите, что она у вас, — не отставал Вадим.
Тарантини взяла в руки маленький серебряный колокольчик и церемонно позвонила. В чуть приоткрытую дверь просунулась бритая голова. Сильвия сделала неопределенный жест, голова кивнула и убралась.
— Если вы так настаиваете, — старуха злобно поджала губы.
Через минуту за дверью послышалась какая-то возня, и в комнату вошел тот самый, с бритой головой, и втащил, держа за руки, Андрея и Веронику.
— Папа! — закричал мальчик и кинулся к отцу. — Ты этого урода убей, да?
Андрей ткнул пальцем в бритого.
— Да, Андрюша, только не сейчас, — спокойно ответил Вадим. — У тебя все в порядке?
— Папа, они зачем нас держат в тюрьме? — На глазах мальчика появились слезы.
— Андрюша, послушай. — Вадим наклонился и стал говорить тихо на ухо сыну. — Пожалуйста, ничего не бойся. Ничего плохого не случится, и мы скоро все отсюда уйдем. — Вадим поднялся и посмотрел прямо в глаза вампирше. — Может, вы позволите нам побыть наедине несколько секунд? Не бойтесь, вы же сами прекрасно понимаете, что никуда мы отсюда не денемся. И я уверен, вы видите и слышите все, что происходит в этом помещении.
Сильвия молча направилась к выходу, жестом позвав за собой охранника.
— Премного благодарен, — буркнул Вадим в спину Сильвии.
Она, видимо, не поняла иронии.
— Вадим, прости, я не смогла. — Только сейчас, когда они остались одни, Вероника посмела произнести хоть слово.
— Ника, прости ты меня, — тихо произнес Вадим.
— Папа. — Андрей схватил отца за руку. — Ника хотела меня от этих гадов спасти.
— Вероника, послушай. — Вадим взял девушку за руку и перешел на шепот. — Все будет хорошо, я знаю. Только постарайся все время быть рядом с мальчиком.
Вероника ответила Вадиму легким пожатием руки. Совсем незаметным, но достаточным, чтобы маячок из руки Вадима перешел к ней. Тут открылась дверь, и в помещение вернулись Тарантини и охранник.
— Хватит уже вам беседовать, мне не нравится, что вы пытаетесь говорить так тихо, — злобно произнесла старуха. — Ты, мальчик, и ты, девушка, знайте, что ваша жизнь зависит только от этого человека. Если он выполнит нашу просьбу, то вы останетесь живы. Если нет — я думаю, для него будет самым ужасным остаться в живых после этого, зная, что мы с вами сделали.
Тарантини жестом приказала увести заложников.
— Вадим, все в порядке, — пробежало строчкой сообщение в очках-коммуникаторе, — сигнал маячка отслеживаем.
Сигнал не решились передать в микронаушник Вадима, чтобы не выдать звуком наличие связи.
— Итак, что мы будем делать? Как и когда вы отдадите нам то, что нам нужно? Вернете то, что принадлежит нам? — с нескрываемым превосходством в голосе спросила Сильвия. — Только сразу предупреждаю — без фокусов.
