Зомби было много, они шли по нечищеной дороге, на которой виднелись, только протекторы их машин, выходили из леса, перелазили небольшие заборчики и выходили из домов. Из особняка выбив калитку вышел уже не "бугай", а настоящий "громила", положение осложнялось, что они вышли на них толпой, а ещё и громила был уже совсем недалеко.
Филатов, мигом оценив ситуацию, тут же распределил всем роли.
— Джоныч сдерживай обычных зомби.
— Хатаб, — стреляй по прыгунам.
— Тит отстреливай всех зомби, кроме громилы.
— Фестиваль тащи "Муху".
— Громилу, я беру на себя и он начал создавать свою карманную армию. На этот раз ему надо было создать, что-то помощнее, чем винтовка с автоматом ППШ. Напрягая голову, он поймал далёкое воспоминание детства и выудил из него образ гранатомётчика.
Плоский железный солдатик, был вызван из небытия, на глазах встал полупрозрачным туманом, стал наливаться плотью, обрёл двумерность, а потом, расширяя границы возможного превратился в трёхмерную модель. Похожим образом, он создал ещё двух, пока первый, получив мысленный приказ атаковать громилу, не встал на одно колено и отработанным движением запрограммированного автомата выпустил гранату.
Выплеснув реактивную струю, граната резко начала разгон и с ходу врубилась в громилу. Взрыв и прокаченный зомби пошатнувшись, схватился за порванную в клочья грудную броню. Его двух с половиной метровый рост, сослужил ему плохую службу.
Но он был ещё жив. Вторая граната, прилетела вслед за первой и на этот раз, броня не выдержала прямого попадания мощного фугаса и зомби разорвало в клочья. Его голова, кувыркаясь унеслась по крутой параболе сначала вверх, а потом вниз приземлившись во дворе особняка из которого он недавно и вышел.
— Домой, вернулся, — прокомментировал её полёт Хатаб. Дальше три гранатомётчика устроили форменный геноцид идущих на них в атаку зомби, гранаты взрывались в их рядах, сея опустошение, но они как офицеры Каппеля, неумолимо шли дальше, не считаясь с потерями.
Но и Филатов не собирался отступать перед порождением вируса. Гранаты, продолжали лететь, оставляя глубокие воронки в снегу, отрывая конечности, разрывая тела и отделяя безумные головы от искорёженного вирусом тела зомби. Остальные по мере сил, помогая ему отстреливая наиболее быстрых и прокаченных. Джоныч, вскоре сдался, потому что не мог больше держать в неподвижности целую стаю, но в этом уже не было необходимости.
Филатов, тоже почувствовал, что силы подпитывающие его виртуальное войско, уже на исходе и выстрелив последним из гранатомётчиков в кирпичный дом, на крыше которого засел плевальщик, — изготовившейся к стрельбе, словно снайпер, он обрушил крышу, вместе с ним, похоронив его под завалами и оторвав ему что-то от тела.
За 15–20 минут боя, они уничтожили практически всё поголовье окрестных посёлков. Дико захотелось не есть, а жрать. Аппетит проснулся просто зверский.
И они, прям возле поля битвы, разожгли костёр и наскоро вскрывая банки с солеными огурцами, взятыми из подполов селян и разогревая дешёвую тушёнку прямо на горящих досках, выломанных из забора, стали быстро есть давясь едою и возбуждённо обмениваясь впечатлениями о битве.
— А я! — А, он! А, мы! А, я гляжу, он прёт! А, командир ему, как… вдарит! Громко галдели они, отходя от стресса. Один, только Джоныч кряхтел, оглядывая внимательным взглядом особняк.
— Командир, — наконец разродился он:
— Надо пройтись по местным сусекам и продовольствия набрать. Еды мало осталось, на неделю максимум, а нам с такой скоростью, до Арзамаса пару дней добираться. Жителей живых, здесь сто пудов не осталось. Кого съели, кто сам переродился, да перед нами и лежит. Надо собрать, пока не сгнило или другим, кто после нас до сюда доберётся не досталось.
Мысль, была здравая и разбившись тройки, они приступили к экспроприации найденного, впрочем ища, только продукты и оружие. Начали с особняка. Одна тройка стояла снаружи, прикрывая вторую, которая шарилась по дому.
Особняк был по-мнению Филатова — очень большим. В нем была и оранжерея и, огромная веранда для чаепития, небольшой бассейн, роскошная баня и куча хозяйственных построек, непонятного назначения. Там же был и домик охраны и, валяющийся внутри него, уже со следами ржавчины — помповик, был тому подтверждением.
Какими ещё бывают особняки Филатов не знал, но догадывался, что этот, был самым затрапезным из них. Внутри было много комнат и войдя в одну из них, он увидел коллекцию оружия на стене. Оружие было охотничьим, по большей части старым и очень старым, даже попалась пара капсульных пистолетов, явно очень дорогих, но сейчас они были им ни к чему.
Равнодушно окинув взглядом коллекцию, Филатов заметил притулившуюся внизу гарду какого-то холодного оружия завалившегося за огромную напольную вазу. Потянувшись за ней, он неожиданно для себя вытащил саблю с ножнами.
