Барнс щёлкает так вовремя оказавшейся в руке зажигалкой, осторожно подаёт ее. Девушка подносит сигарету, закуривая. Вдыхает первый дым, блаженно прикрыв глаза, и лишь после этого поднимает голову, встречаясь с ним взглядом.
— Благодарю.
Фарфоровая кожа, изумрудно-зеленые глаза. Пухлые губы накрашены красным. Хватает секунды, чтобы заметить, насколько она красива. Но красота у неё какая-то особенная, притягивающая и интригующая. Как у ангела с примесью дьявольщины.
Она сказала всего одно слово с лёгкой улыбкой. Всего одно. Благодарю.
Баки, всегда увереный с женщинами, на секунду теряется. Поджав губы, сглатывает, мысленно жалея о том, что не побрился утром и не уложил волосы, чтобы выглядеть поопрятнее.
— Разрешите доложить! — Дернир спешно поднимается из-за стола, увидев их, подносит руку к голове, как только Стив подходит. — Наша новая знакомая мисс Натали Райт, певица. Ее голос мы слышали сегодня по радио. Мисс Райт, — он переводит чуть затуманенный алкоголем взгляд, и широко улыбается от уха до уха, — разрешите представить, Капитан Стив Роджерс и сержант Барнс.
— Очень приятно познакомиться с Вами, Капитан, — говорит она красивым чуть хриплым голосом с акцентом, подавая руку. — Мы наслышаны о Вас. В Лондоне Вас очень любят.
Стив едва не заходится краской, но в этот раз Барнсу не смешно — эта женщина даже его заставила смутиться.
Роджерс наклоняется, учтиво касаясь губами ее руки в шелковой перчатке. Бормочет слова благодарности, отвечает что-то, что заставляет ее улыбнуться. Он гладко выбрит, причёсан и хорошо одет, и на его фоне Баки чувствует себя голодранцем в запачканной пылью куртке, незастегнутой рубашке, под которой, звякая друг о друга, болтаются жетоны.
Это недавно ему стало все равно, как выглядеть, лишь бы продолжать дышать и видеть свет. До войны Барнс никогда бы себе не позволил так выйти куда-то, особенно если там будут девушки. Он был беден, беден как церковная мышь по меркам Нью-Йорка, но всегда старался выглядеть хорошо, чтобы держать лицо и репутацию. Оставлял деньги, чтобы угостить даму, которую вёл на свидание, даже если из-за этого оставался без ужина или шел домой пешком. Что бы ни случилось, он укладывал волосы назад, начищал туфли до блеска и наглаживал рубашки. Стив тогда не понимал этого и часто его ругал. «Ты что с Президентом на встречу идёшь?» — спрашивал он, а Барнс отмахивался, говоря, что Роджерс просто не понимает. «Ты должен быть всегда готов впечатлить милую леди», — объяснял он, выцеживая последние капли из флакона с парфюмом.
— Вы поёте в этом баре? — спрашивает Стив.
Баки как никогда прежде ощущает на себе, насколько неприятно быть невидимкой на фоне симпатичного друга.
— Только по воскресеньям, — говорит Натали, затягиваясь сигаретой и внимательно изучая Роджерса взглядом.— Сегодня я здесь лишь гостья. Так что если хотите меня послушать, приходите завтра, Капитан.
Она так заметно выделяет обращение в конце, что Дум Дум не удерживается и присвистывает. Дернир не отводит от неё взгляда как заворожённый, Фэлсворт и Гейб Джонс поглядывают украдкой. Морита в этом фарсе не участвует, и Баки, уязвлённый в самое сердце, как никогда ему за это благодарен.
Натали тушит окурок в пепельнице, берет со стола свою маленькую сумочку, вставая. Рыжие кудри легонько колышутся, касаясь ее плеч.
— Большое спасибо за компанию, джентльмены, — произносит девушка негромко, и мужчины одобрительно кивают, очарованные ее британской манерностью. — Было очень приятно познакомиться и провести с вами время. Я увижу вас здесь завтра?
На последних словах она поворачивается и по очереди смотрит сначала на Стива, потом на Баки, задерживаясь взглядом на его лице. Изучающе скользит по скулам и подбородку, после вновь поднимается к глазам.
— Если позволит служба, мэм, — отвечает Барнс, наконец, собравшись с мыслями. Приподнимает бровь, выдавая самую очаровательную улыбку, на которую способен, но Натали этого как будто не замечает.
Она кивает, по-видимому, удовлетворённая ответом. Ещё раз смотрит на Стива, изогнув брови и приподняв уголки губ, чем вновь заставляет его смутиться, после чего коротко прощается и уходит.
Баки до последнего смотрит ей вслед в надежде, что она бросит ещё один взгляд через плечо хотя бы в дверях, но мисс Натали Райт выходит из бара, так и не обернувшись.
Комментарий к Глава первая
*«Марселье́за» (фр. La Marseillaise) — гимн Французской Республики.
*«Белла чао» (итал. Bella ciao — Прощай, красавица) — народная итальянская песня, исполнявшаяся участниками движения Сопротивления в Моденских горах во время Второй мировой войны и получившая широкую мировую известность в 1940-х годах.
========== Глава вторая ==========
О, партизаны, меня возьмите,
О, прощай красотка, прощай красотка, прощай!
О, партизаны, меня возьмите,
Я чую, смерть моя близка!
