Прощай, цирк полностью

Воздух в комнате был слишком сухим. Вечером я развесила здесь несколько влажных полотенец, но они моментально высохли. Я направилась в ванную, чтобы снова намочить их, как вдруг кто-то постучал в дверь. Я посмотрела на часы — было около шести. Я не успела ответить, как дверь распахнулась, и в проеме показалось лицо директора.

— Ты спала?

— Нет, не спала. Я раскладывала полотенца…

— Такой холод, что домой идти неохота, — поделился он. — Приходи в соседнюю комнату, я заказал суп мяунтхан[56] и кое-что из закусок. Пропустим по рюмочке с мистером Кимом, клиентов-то нет.

Он развернулся и вышел, не дожидаясь моего ответа. Я не понимала, что происходит, потому что обыкновенно, когда возникала необходимость выдать мне какие-либо указания, он вызывал меня к себе по внутренней связи или передавал сообщение через мистера Кима. Растерянно замерев, я уставилась на соседнюю дверь, за которой скрылся директор. Как раз в этот момент в помещение, трясясь от холода, вбежал мистер Ким. Из винилового пакета, висящего на его руке, раздавалось звяканье бутылок.

— Приходите скорее. Хоть горячего бульона попьем. Кажется, нашему директору немного скучно, а? — сказал он и, двинув подбородком в сторону комнаты рядом с кассой, подмигнул мне.

У меня не было никакого желания идти, но отказываться казалось глупо, поэтому я решилась. В центре комнаты стоял столик, заставленный тарелками с супом, острым хве из рыбы и чем-то напоминающим курицу в кляре.

— Ну что вы стоите? Быстрее садитесь, — бросил в мою сторону директор, не отрываясь от помешивания супа, кипящего на переносной горелке.

Мистер Ким, схватив меня за руку, потянул за собой. Эту комнату я видела каждый день, но сегодня она почему-то выглядела незнакомой. Я нерешительно села.

— Выпьешь немного? Китайцы ведь пьют крепкую водку? Вы и сочжу водкой не считаете. — Директор улыбнулся. — Воншя[57], первую рюмку пьют до дна, ты же знаешь, что значит воншя?

Он пододвинул одну рюмку ко мне, а затем одним глотком осушил собственную. Следуя его примеру, мистер Ким опрокинул в себя стопку и принялся уминать острое хве. Я тоже была вынуждена выпить свою порцию. У меня тут же закружилась голова. Спустя какое-то время директор, кажется, слегка опьянел и начал горячиться. Нрав у него был на редкость вспыльчивый, но таким возбужденным я его видела впервые. Он и мистер Ким пили рюмку за рюмкой.

Беседа шла в основном о гостиницах. Директор владел еще одним отелем под названием «Сянгырира». Он рассказал, что до гостиничного бизнеса он занимался продажей домов, и тут же самодовольно добавил, что, судя по нынешнему строительному буму, он поступил правильно, оставив это дело. Он говорил, что его цель — построить большой отель где-нибудь в провинции Канвондо, и заверял нас, что ждать осталось не много.

Что касается мистера Кима, то он проявил себя как удивительно хороший рассказчик. Говорил он в основном о гостях, требовавших доставить им девочек для утех, о том, как любили развлекаться клиенты женатые и неженатые; поведал об одном посетителе, который, притащив на плече пьяную девушку, стал требовать денег в качестве компенсации и, возможно, получил бы их, если бы очнувшаяся красавица не сбежала. Казалось, историям, произошедшим с ним за время работы на кассе, нет числа.

Мужчины приговорили уже несколько бутылок сочжу, когда послышались шаги прибывших гостей. Мистер Ким, держа в руке кусок курятины, с недовольным видом покинул комнату. Когда он вышел, в помещении повисла тишина, нарушаемая лишь звуком работающего телевизора. Время было за полночь. Я подумала, что мне тоже пора идти, но директор вдруг подсел ко мне, тесно прижавшись к моему боку.

— Госпожа Хэхва, вам нездоровится? Мне кажется, вы осунулись.

— Все нормально. Не беспокойтесь, — сказала я.

— Как я могу не беспокоиться, когда одинокая девушка мучается на чужбине?

В конце фразы его тон изменился, голос стал чуть выше, и в тот же миг он положил ладонь на мое колено. Я всей кожей ощутила ее жар. Меня пробила дрожь. Осторожно освободив колено, я ответила, что впредь буду заботиться о своем здоровье.

— Я не имел в виду ничего плохого, просто волнуюсь: человек ведь не может жить один. Всем нам надо помогать друг другу, верно?

— Да, верно.

— Такое заведение, как эта гостиница, не место для незамужних девушек. Здесь могут работать только взрослые женщины, выносившие и родившие хотя бы двоих детей, с сильными руками, с крепкой спиной. Я думаю, что таким хрупким девушкам, как вы, Хэхва, приходится нелегко. Нет, я даже уверен, что вам трудно. Поэтому, как бы вам это сказать…

Недоговорив, директор внезапно приблизил ко мне свое лицо, а затем, дыша на меня перегаром, начал вкрадчивым тоном объяснять: