- Да, это радио подрывное и русофобское, - согласился Пиковец, тоже заметно волнуясь. - Что не случайно. "Страшно далеки они от народа", как говорил основоположник. Достаточно заглянуть в "Википедию", чтобы убедиться в этом. У самых известных сотрудников этого радио родители и другие ближайшие родственники в советское время преуспевали, занимали номенклатурные посты, а то и служили в карательных органах. Я уже не говорю о праве многих из них на зарубежную репатриацию.
- И самая неистовая из них - Полина Бреус, современная Брешко-Брешковская, "бабушка" несостоявшейся "белой революции"!
- Ну не стоит преувеличивать её роль. Хотя вещает она еженедельно по часу, вы почти ничего конкретного из её речей не припомните. От них остаётся в памяти в основном лишь ехидная интонация. Это же просто упражнения в искусстве злословия, смесь полуправды с многозначительными намёками на несуществующие обстоятельства и прямой лжи. Вы же не будете проверять её информацию, потому что понимаете: она руководствуется правилом "всякое лыко в строку". То есть всё подтасовывается и извращается таким образом, чтобы опорочить российскую власть. Но плохо то, что то же самое, только не столь явно, делают и все так называемые оппозиционные СМИ. Практически все они в своё время вышли из карманов олигархов как орудия борьбы за власть. И хотя олигархов давно "ушли" из политики, СМИ остались верны своему амплуа.
- Нет, кое-что в речах Бреус врезается в память. Вы не заметили, как часто она предаёт анафеме всеобщее избирательное право? Мол, пока его не ввели в Англии и других ведущих странах, там всё было благополучно, всё укреплялось и динамично развивалось. А ныне Европа с её всеобщими выборами катится в бездну. Это вроде постоянного призыва Катона Старшего: "Карфаген должен быть разрушен".
- Заметил. И это, на мой взгляд, замечательно! Устами Полины Бреус так называемая "либеральная оппозиция" призывает россиян к ограничению избирательного права, в сущности к диктатуре! Это равнозначно признанию того, что суть конфликта власти и оппозиции не в якобы произошедшей фальсификации выборов, а в стремлении оппозиции вообще отменить в России всенародные демократические выборы, победить на которых она и не рассчитывает.
- А ещё я заметил, что к красноречию бабушки "белой революции" особенно восприимчива вполне определённая публика: это интеллигентные люди без гуманитарного образования, особенно без хорошего знания российской истории. Чаще всего это обычные технари, которые не понимают, как драгоценен и хрупок дар свободы, которой у России никогда за всю её тысячелетнюю историю не было, за исключением последних десятилетий. И чаще это жители Москвы и Петербурга, которые не знают положения в провинции, где позиции коммунистов всё ещё сильны, особенно в депрессивных регионах. Ведь у нас, в богоспасаемом Ордатове, до самой кончины в прошлом году принимала народ в своей приёмной в здании областного краеведческого музея депутат Государственной Думы от КПРФ несгибаемая Валентина Кандаурова. Та самая, что стращала земляков: "Мы всё видим и учитываем дела каждого". То есть, придёт час, и призовём вас к ответу за то, что вы делали при проклятых капиталистах!
Пиковец при этих словах звонко засмеялся, как хорошей шутке.
- И она знала, о чём говорила! - продолжал Каморин с нарастающим жаром. - У её партии в регионе самые развитые организационные структуры и самый дисциплинированный электорат. Более того, здесь и старые номенклатурные кадры КПСС, пусть поредевшие и перекрасившиеся, всё ещё на властных постах. Помните, как шутили при Горбачёве: "Перестройка - это как буря в тайге: верхушки шумят, а внизу тихо". У нас, в Ордатове, не только в перестройку, но и во все постсоветские годы было сравнительно тихо, и в этой тишине прекрасно сохранился старый советский аппарат. Конечно, старые чиновники уходили на покой, но им на смену приходили их отпрыски. Сложились настоящие кланы чиновников, воспитанных на старых традициях. Здесь в любой день готовы вернуть советское прошлое во всей его красе. И то же самое почти повсеместно в провинции. Так что если в центре и случится "белая революция", то либеральные вожди власть едва ли удержат. Скорее всего, повторится то, что уже было в семнадцатом году.
- Пожалуй, вы и в меня метите! - снова засмеялся Пиковец. - Я ведь тоже бывший коммунист, стало быть, "перекрасившийся"!
- Я вас не виню, потому что такова жизнь: желавшие иметь надёжное будущее в советское время шли в коммунисты, а теперь такие идут в чиновники. Наверно, современные чиновники всё же немного лучше прежних, советских. Река жизни течёт неторопливо, новое прививается медленно, и должно смениться ещё не одно поколение, чтобы сознание людей совершенно изменилось и возвращение к тоталитарному прошлому стало невозможно. Всё будет хорошо, если только политические авантюристы от оппозиции не прервут это плавное течение.
