Далее Гдов хотел поведать о том, что жизнь в России непредсказуема и бывшая девочка эта действительно стала в новые времена крупной акулой капитализма, можно сказать, Королевой Прохладительных Напитков Всея Сибири. А уж во времена СОВСЕМ НОВЫЕ ухитрилась вовремя свалить из бизнеса, чтобы не лежать «во рву некошеном» или шить на упомянутой зоне рукавицы. И о том, как бывший пионер Витенька, ставший непризнанным поэтом, долгие годы жил за ее счет даже тогда, когда она всего лишь служила простым инженером и поила всю витенькину «богему» краденым по месту службы спиртом. Гдов хотел также рассказать, что в разгар ее капиталистического становления, когда она только-только принялась разливать по пластиковым бутылкам природную минеральную воду, принесшую ей первые миллионы, Витенька от нее сбежал с двумя актрисами-близняшками, поселился сначала в Москве, а потом в городе Хайфе (Израиль). И что победительнице Виктории на это теперь совершенно якобы наплевать, потому что она сейчас, отойдя от дел, пестует свою любовь не к людям, а, наоборот, — к изобразительному искусству, музыке, поэзии Ахматовой, Ахмадулиной, Цветаевой, много путешествует, купила себе замок в Швейцарии, яхту во Франции, апартаменты во Флоренции и скромный домик на Рублевке. Витенька же совсем опустился, а финского миллионера все-таки убили.
«И что — все равно, все равно, — подчеркивал Гдов. — Все равно она, как ВСЕ, ВСЕ, ВСЕ женщины, имеет тайну на сердце. Ведь каждая женщина имеет тайну на сердце, о точном содержании которой вроде бы не всегда и сама догадывается, как не догадывается о подлинной сути своих позывов дикое животное или фольклорная ведьма. Однако на самом-то деле преотлично знает скрытую суть этой тайны. Любая. Каждая. Женщина».
«Нет, не катит такой разворот», — с жестокой ясностью понял Гдов и решил противопоставить этой просвещенной selfmade women более молодое существо по прозвищу «сукорубка с Ангары».
«Эта, по имени Катька, была совсем деревенская, мордастенькая, боевая, работая дояркой в совхозе, удушила заскочившего на ферму волка: засунула ему в пасть руку по локоть и кричала, пока не прибежали люди. Так бы ей и застрять навсегда на территории совхоза, который, естественно, развалился, но пути вознесения женщины в символические небеса неисповедимы. Перед самой «перестройкой» на нее обратил свое внимание оказавшийся там в ссылке, как Сталин в Курейке, раскаявшийся диссидент Степа. Который при Ельцине стал знаменитым политтехнологом, а при Путине с Медведевым вообще хрен знает куда тоже вознесся, что его и не разглядишь снизу. Его знакомства ищут тысячи людей, но никто не знает беду его сердца, — фантазировал Гдов. — Раскаявшийся диссидент Катьку свою обожает, как поэт Александр Блок, явно пред нею заискивает. А она попивает, изменяет ему, стараясь делать это по-тихому, чтобы не травмировать любимого. Ведь она любит его, да, любит! И к тому же, обладая поразительным природным умом, очень часто дает Степану Никифоровичу ценные государственные советы, которые он, естественно, выдает за свои «наработки»…
Тут Гдов понял, что снова зашел в тупик. Что и эта история столь же бессмысленна, как породившая ее действительность, что и здесь все замутнено, снова какая-то тайна, да, тайна, и разгадать ее нет ему никакой физической возможности.
Однако не привык сдаваться писатель Гдов! Принялся названивать друзьям, знакомым, кинул клич в Интернете, с целью хотя бы частичного «окормления» себя и читателей в рамках указанной темы.
Вот два его совершенно простых вопроса:
1. Как и где состоялось ваше знакомство с вашим мужем (женой), бой/герл френдом, вызвавшее серьезные жизненные последствия в виде долговременного совместного проживания с указанными персонами?
2. Какие другие случаи ординарных, уникальных, экзотических или смешных знакомств на всю жизнь вы знаете?
А вот и ответы, тоже довольно простые:
— Самым экзотическим знакомством, приведшим к счастливому браку, который длится до сих пор, я считаю случай с моим другом, поэтом-бардом А.А., который заснул в сугробе, а его будущая жена-иностранка, обнаружив на морозной тропинке Теплого Стана футляр с гитарой, догадалась, что и русский гитарист наверняка где-нибудь поблизости лежит. Когда она везла его к себе домой на такси, шофер все удивлялся: «Неужели и у вас мужики так пьют?» Тогда она еще говорила по-русски с сильным акцентом.
— С первой (по счету) женой я познакомился в общественной бане города К., стоящего на берегу великой сибирской реки Е., когда и она, и я томились в очереди на помывку в свои отделения М. и Ж. Сейчас она живет в Америке.
— На вступительном письменном экзамене в аудитории на ряд ниже сидит девушка. Отвлекаясь от работы, обращаю внимание на ужасные оттопыренные уши, какая же ты бедняга, девушка, подумал. Через два года я на ней женился.
— Я сел на кольце в конец автобуса, а потом народ стал набиваться. Она оказалась буквально у меня на коленях. Обоим неловко, но разговорились. Наш сын живет в Петербурге.
