Прощание с котом [сборник litres] полностью

Кот встал на задние лапы, принюхался к угощению… Потом потянулся к нему ртом, но не достал, потерял равновесие и плюхнулся на спину.

– Ха-ха-ха, неуклюжий какой!

– Просто спокойный! Не стыдно над ним издеваться?

Цутому пальцами выхватил кусок тунца из палочек сестры и протянул Хати на ладони.

– Такой медленный, что это даже мило!

– Вот же противная девчонка, скажи, Хати?

Цутому никогда не говорил «медленный». Он давно придумал замену – «спокойный»; это слово звучало по-доброму.

– Вкусно?

Хати неторопливо лакомился рыбой.

Время для котов и людей шло по-разному. Для котов оно текло быстрее. Интересно, когда Хати это понял?

Цутому быстро вырос, но пока так и не повзрослел. Похоже, для этого ему надо было сдать экзамен для поступления в старшую школу. Цутому старательно готовился к нему всю осень и зиму.

На Новый год к ним в гости заглянул мужчина с бородой, из-за которой он походил на медведя.

– Ну как ты, Хати? – громко спросил он и потянулся к коту – Хати попятился. – Уже забыл меня? Я ведь летом приезжал.

– Всего на неделю. Да и у котов маленький мозг, конечно, он тебя забудет. К тому же ты бороду отрастил.

После слов тети Хати наконец вспомнил: перед ним стоял старший брат.

Прости, не сразу узнал.

В качестве извинения кот потерся о ноги брата – тот сразу повеселел и взял Хати на руки. Коснулся кота щекой, но борода сильно кололась, поэтому Хати быстро выпрыгнул из его рук.

Наступил новый год, но Цутому по-прежнему проводил все время за подготовкой к экзаменам. Цутому все сдал. Когда во дворе у дома зацвела сакура, парень надел пиджак со стоячим воротничком, которого Хати раньше не видел, и отправился в новую школу.

Цутому сразу же вступил в бейсбольный клуб. Похоже, команда оказалась сильной, а требования высокими – парень тренировался еще усерднее, чем раньше, и каждый день приходил домой весь перепачканный.

Со временем листья сакуры начали опадать, и с веток дерева во дворе посыпались гусеницы.

– Давайте его срубим, – каждый год предлагали тетя и сестра, настолько они не любили гусениц.

– Не говорите так. Это дерево – символ, – всегда отвечал дядя.

Бывало и так, что на плечах Цутому, когда он возвращался со школы, вдруг оказывалась гусеница – сестра с тетей кричали от ужаса.

Как-то раз личинка попала в дом и медленно ползла по коридору. Стоило сестре с тетей заметить ее, они сразу подняли шум.

Я справлюсь! – решил Хати и наступил на гусеницу передними лапами, но через пару секунд почувствовал жжение.

На кошачий вой первым примчался Цутому.

– Хати, что с тобой? – удивился он, но тут же понял, в чем дело. – Гусеница ужалила?

– Но они ведь не жалят, да? – засуетилась сестра.

– Большинство – нет, но и такие бывают, – ответил средний брат.

– Ой! Убери ее, убери!

Пока брат расправлялся с гусеницей, Цутому протер лапы Хати дезинфектором.

– Стоит, наверное, мазью от укусов обработать? – предложила тетя. – На всякий случай.

– Не надо, Хати ее слизать может. Если опухнет, съездим завтра в ветклинику.

Средний брат вернулся с улицы и ласково потрепал Хати по макушке.

– Дурашка, от тех, кто может тебя ужалить, лучше держаться подальше.

– Решил, раз гусеница медленнее его, он запросто с ней расправится!

Хати задели резкие слова сестры, но Цутому тут же за него вступился:

– Молчала бы. Хати знает, что вы с мамой терпеть не можете гусениц, вот и решил с ней разобраться. – Цутому отлично понимал кота.

Сестра ненадолго задумалась и извинилась, а еще чуть позже угостила Хати вкусняшкой.

Лапа еще какое-то время болела, но не настолько, чтобы нужно было идти к ветеринару.

Вскоре сезон гусениц закончился. В один вечер им позвонили.

Трубку взял дядя – он только вышел из ванной.

– О-о, давно не слышал твоего голоса! Как поживаешь? Ясно-ясно. А как там Норико-тян? – весело болтал дядя, расхаживая по дому в одних трусах и не обращая внимания на недовольную гримасу дочери. – О, отличная мысль! Приезжай, конечно, Хати будет ждать.

– Кто звонил? – спросила тетя, когда муж повесил трубку.

– Представь себе, Сатору-кун![5] Который нам каждый год новогодние открытки шлет.

Хати навострил уши. Имя, которое произнес дядя, словно электрический разряд пронеслось по всему его телу.

Сатору…

– А, племянник Норико-тян?

– Да-да.

– Он подобрал Хати, когда тот был еще котенком… – присоединился к разговору Цутому. – Мы же с ним одного возраста?

– Да. Летом у него подработка. Закончит с ней и приедет повидаться с Хати.

– А где он сейчас? Вроде его тетя постоянно в разъездах.

– В Яманаси.

– Ого-о… Так он подрабатывает, чтобы деньги на дорогу скопить! Настоящий кошатник.

Сатору. Сатору. Сатору. Сатору.

– В открытках каждый раз просит передавать Хати привет. Он его обожает!

– И почему он раньше не уговорил ее заехать в гости?

– Норико-тян постоянно в работе… Да и просить ее о таком было бы нахальством – в конце концов, она приютила его после смерти родителей.

«Счастливо, Хати!» Он улыбался через слезы и все махал Хати рукой.

– Подружитесь с ним, Цутому.

– Ну, как пойдет. Но он хороший парень, раз любит Хати.