Грисс благоразумно промолчал, он вообще не из болтливых. Но по лицу было заметно, что ему весело. Затем, как обычно, всех удивил, задав неожиданный вопрос, который и меня по прибытии сюда тревожил:
– Как вышло, что Вера оказалась на «Рушазе»?
Мой бывший ректор, виновато поморщившись, рассказывал скорее мне, чем аяшу:
– Из женщин на «Рушаз» отправляют только контрактниц, опытных бойцов. С вами же имела место глупейшая и позорная случайность, человеческий фактор, невнимательность. Нужны были двадцать парней курсантов. Ответственный за распределение офицер даже не потрудился посмотреть полную расшифровку фамилий и имен, как и дополнительную пометку о твоем специальном статусе лучшей выпускницы. Тупо отсчитал двадцать фамилий из общего списка и сформировал новый. Ведь фамилии у вас троих читаются на мужской манер. А его подчиненный перечислил фамилии согласно списку и пересадил вас на корабль, летевший на «Рушаз».
– Понятно, – выдохнула я, а ведь думала о происках врагов отца.
– Я обратился к полковнику Хварастану-дер-Маржану с просьбой присмотреть за тремя девушками-стажерами, не только за Верой, – продолжил Волков.
– Значит, моим аяшам не показалось, что, помимо нас, за ней присматривали еще и земляне из местной разведки, – усмехнулся мой хедар.
Волков потемнел лицом, метнулся напряженным взглядом к Элине, вернул все внимание нам с Гриссом и проскрежетал:
– Если откровенно, мне стыдно признать, что не уследили, упустили ситуацию с Крайчем. Я приказал осторожно приглядывать, не привлекая к ней лишнего внимания, но эта осторожность сыграла против безопасности. Получилось, у семи нянек дитя без глаза.
– Зато птенцов проверили, во всем есть свои плюсы и минусы, – спокойно заметил Грисс, не позволив Элине спросить, о чем речь.
– Разрешите дать рекомендацию, цер-адмирал? – решилась вмешаться я. Заодно и Элину отвлечь от неприятной темы, а то она опять заволновалась, явно догадавшись, что я попала в какую-то нехорошую историю.
– Разрешаю, арана Дилегра, – зять намекнул на мое новое положение, удивив, что знаком даже с младшими военными званиями аяшей.
Вот не зря его на такую должность назначили.
– Возьмите на заметку моих одногруппников: Андрея Чернова, Макса Верника, Джану Новак и Артема Миронова.
– Присоединяюсь, – неожиданно поддержал меня Грисс. – Миронов очень перспективный.
– Из них выйдет отличная боевая группа, если ее возглавит Артем Миронов, – обрадовалась я.
– Протекции и кумовство не жалую, но на заметку возьму, – пообещал адмирал.
– Спасибо! – счастливо выдохнула я. – Они в самом деле замечательные!
В этот момент в кабинете с той стороны прозвучал сигнал, услышав который Волков с сожалением глянул на Элину. Она взволнованно заторопилась:
– Береги себя, Верочка, я тебя очень люблю. И свяжусь с тобой при первой возможности.
– Я тебя тоже очень-очень люблю, сестричка, – попрощалась я, жадно вглядываясь в ее лицо, запоминая, ведь неизвестно, когда еще сможем поговорить.
– Вынужден прерваться, служба, – извинился цер-адмирал.
– Рад был познакомиться лично, – вытянулся Грисс, отдав честь по-аяшски, как и положено вышестоящему офицеру.
Я опоздала за ним на две секунды.
Связь прервалась.
– Все будет хорошо, Вера, – заверил Грисс, с нежностью приласкав мое лицо кончиками пальцев.
И я с отчаянной надеждой шагнула к мужу и, уткнувшись ему в грудь, прижалась. Он обнял меня и глухо сказал:
– Я не подведу тебя, родная. – Потом, слегка отстранившись, напомнил: – Я говорил, что командир и муж в одном лице это…
– Помню, помню. Сплошные минусы, – хихикнула я и поправила пилотку.
– Умница, на лету все схватываешь! – пошутил Грисс. – Тогда, арана Дилегра, топайте в рубку. У нас вылет через двадцать восемь минут, а мы еще здесь, а не на боевом посту.
– Есть, хедар Дилегра! – я с удовольствием повторила нашу фамилию.
В рубку я не «топала», а едва не летела. Перед глазами стояла сестра. Какая же она чудесная, моя Элинка! Красивая, яркая, обаятельная! Она буквально согревала и украшала собой кабинет своего супруга, визуально-монотонный и строгий. И словно лучик света проникла сюда, в Рукав Зеленого Змея, далекий и опасный.
Сослуживцы, как обычно, ответили на мое суетливо-смущенное приветствие и продолжили предполетную подготовку. Я торопливо заняла свое место в рубке. Не хотелось портить впечатление о себе у непосредственного начальника – первого пилота. Ладир переговаривался с бортовым инженером. Дариан занимался привычной проверкой синхронизации функционала пилотного блока. Обернувшись, он подался ко мне и глухо забубнил:
– Представляешь Вер, у меня сегодня последняя смена, через сутки я с удовольствием уберусь из этого ада на «Дразу»!
Отвечать напарнику не пришлось – вошел хедар и мы встали, приветствуя его. Мне от Грисса достался мимолетный теплый взгляд, а Дариану – напряженно-недовольный. Показалось, мой хедар боролся с желанием выгнать его с корабля на станцию, потому что хмуро поинтересовался:
– Аран Дариан?
Матиас еще сильнее вытянулся:
– Слушаюсь, хедар!