– Нужно уходить, срочно уходить! – хныкал он где-то на краю моего сознания, захваченного стремительно развивающимися событиями.
– Хедар, разгонная установка дестабилизирована, – доложил бортинженер.
Это означало угрозу взрыва такой мощности, что от нас только рожки да ножки останутся. Про потерю большей части мощности для генерации защитного экрана, после чего мы останемся беззащитными, можно даже не переживать. Ой, как и о потере возможности покинуть сектор с помощью скачка. Без него мы будем возвращаться на «Рушаз» неделями… Если повезет выжить.
– Возможность ремонта? – уточнил хедар.
– Минимальная.
Пусть основательно потрепанные, но, черт возьми, еще целые, мы, наконец, покинули зону влияния перехода. Однако поблизости раскинул сеть громадный «паук», готовый разрядить по нам бортовые орудия.
– Разогнать ее мощность до предела и отстыковать отсек с установкой! – изумил меня неожиданным приказом командир.
– Есть!
У меня вымерзли все чувства и эмоции. Так бывало, когда ресурсы организма направлены исключительно на выживание или сохранение ясного сознания.
– Мы проиграли! Надо убираться! Скорее убираться! – доносился до меня скулеж Дариана, обезумевшего от ужаса.
Хедар оказался на все сто прав: этому курсанту не место в космическом флоте, тем более в рубке военного корабля.
Экипаж аяшей действовал четко и слаженно, как физически сильный, здоровый организм, уверенно и без единой эмоции. Что позволило моему внутреннему бесстрастному статистику поднять наши шансы на выживаемость с нуля до двух процентов.
– Меркан, активируй часть дронов, постарайся скрытно и как можно ближе подогнать наш подарок к этой неповоротливой твари, – приказал хедар бортинженеру.
– Есть! – со странным предвкушением ответил Меркан.
Грисс уже выдавал другой приказ:
– Ладир, наша цель, укрытие покрепче.
– Есть!
Корабль основательно тряхнуло от очередного попадания по нам плазменного удара.
– Энергия щитов восемьдесят процентов, – уведомил ИскИн.
Без разгонной установки генерация энергии за счет орбитальных и маневровых двигателей в разы снизилась. При такой чудовищной нагрузке, как защита корпуса от плазменного напалма, нам ее скоро просто не хватит.
Хедар сохранял абсолютную уверенность:
– Одновременный плазменный залп по кораблям противника. Выпустить первую партию дронов.
Из «Валтрая» одновременно вырвались два плазменных сгустка, оставив светящиеся шлейфы. Два змеранских корабля поглотили наши удары, но на несколько секунд их защита ослабела, открыв брешь. Этим и воспользовалась стая дронов, оснащенных установкой, способной разрывать молекулярные связи в металлических структурах.
Множественные вспышки взрывов дронов – и корпуса обоих змеранских кораблей стремительно покрылись пробоинами, из которых вырвались струи газа, огня и «мусора». Их агония длилась лишь пять секунд, затем на месте кораблей расцвели два гигантских огненных шара, залив все вокруг ярким светом.
Мы с Дарианом оставались наблюдателями. Мои глаза уже пекло от сухости – не мигая следила за происходящим кошмаром, в груди горело от нехватки воздуха – забывала дышать. Мой первый космический бой длился не дольше пяти минут, однако восприятие мира навсегда изменилось. Господи, какой же самонадеянной дурой я была, считая себя прекрасным пилотом и полагая, что идеальный глазомер – это мое главное профессиональное достоинство.
Все как в учебниках и монографиях известных пилотов и командиров бригад. Как в виртустановке. Только там я не чувствовала, насколько жутко сидеть безмолвным зрителем в кресле пилота и видеть, как тебя или других настигает смерть!
«Валтраю» достался очередной залп противника, зубы привычно отбили чечетку из-за вибрации. ИскИн коллиматорным прицелом вычленил судно, пытавшееся нас уничтожить. И бесстрастно уведомил:
– Энергия щитов шестьдесят процентов!
Быстро, слишком быстро теряем энергию. Как только мы останемся без защитного экрана, помимо змеранов, каждый обломок в этом царстве невесомости станет для нас смертельной угрозой.
– Хедар, отсек с установкой на минимальной дистанции, – напомнил Меркан об основном нашем противнике.
– Ладир, за транспортник, в укрытие! – рыкнул хедар, не сумев скрыть овладевшее им колоссальное напряжение.
– Кто-то выходит из скачка! – доложила я, заметив знакомые переливы с противоположной стороны от эпицентра сражения.
– Тумси! – взволнованно определил навигатор.
Мы с Дарианом воочию убедились, что действия Дилегра были абсолютно верными и своевременными. Капитан тумси то ли побоялся активировать раньше времени щит, то ли просто не успел. Плазменный поток достиг их корабля и обтек белоснежным облаком, через пять секунд мы увидели оплавленную, почерневшую «банку», которую тут же облепили дроны с ближайшего «паука». Что бывает, когда змераны берут наших в плен, знают не только в Содружестве. Поэтому взрыву-самоликвидации прибывшего на помощь военного корабля тумси никто из нас не удивился.
– Мы успеем, еще сможем уйти, успеем, если прямо сейчас, по-тихому… – жалко скулил Дариан.
– Ладир, нам нужна защита! – сухо поторопил хедар.