Грисс лег на бок, аккуратно собрал мою гриву и переложил в сторону поверх моей головы. Притянул меня к себе и, подперев голову рукой, заглянул мне в глаза.
– Может, коротко остричь? – предложила я и совершенно неромантично зевнула.
– Нет, – резко отказал Грисс. Я даже дернулась от неожиданности. Он тут же мягко попросил: – Дай мне немного времени и прости, если нечаянно сделаю больно. Я быстро и до рефлекса запомню, что у моей жены роскошные длинные волосы. Если честно, даже подумать не мог, что ваша пословица: «Красота требует жертв» имеет настолько глубокий смысл.
Я хихикнула, ткнулась лицом в грудь Гриссу и счастливо выдохнула. За счастье быть с ним рядом, я готова отдать все.
Пока Грисс принимал душ, я полностью оделась и навела красоту – заплела две косы от макушки и соединила в одну на затылке. И теперь с удовольствием рассматривала со всех сторон свое отражение, передаваемое на виртэкран с помощью камеры кибера. И чуть не уронила его, услышав писк уведомления. Ой, наверное, Лемех отменил утренний сбор. Последние дни такое бывало не раз, потому что, по мнению куратора, мы оказались почти беспроблемной группой.
Однако я ошиблась, сообщение пришло с неизвестного аккаунта. Пока смотрела на значок голосового трека, сердце забилось в тревожном предчувствии. Облизав вмиг пересохшие губы, приняла сообщение – и услышала знакомый голос, в котором так привычно переплелись холод, скрытая угроза и непоколебимая уверенность в своей власти и могуществе. В этот раз в знакомом с рождения голосе, обычно равнодушно-бессердечном, бушевало бешенство, впивавшееся в кожу ледяными осколками угрозы:
– Ты! Должна! Расторгнуть контракт! И вернуться домой! Немедленно! Иначе сильно пожалеешь! – Николай Лель сделал многозначительную паузу. – Вера, не стоит еще больше злить папу. Ты же знаешь, я всегда нахожу способ наказать разочаровавших меня людей.
В каюте повисла тишина, только она уже не казалась уютной, наполненной недавней страстью и счастьем. Я в ужасе таращилась на кибер, осознавая, что отец добрался до меня и на краю света. За шесть лет в академии и два месяца на «Рушазе», на передовой, где мы изо дня в день ходили по грани между жизнью и смертью, я оказалась не способной изжить в себе испуганную, психологически сломанную девочку. Угрожавший мне ненавистный голос привычно деморализовал, выморозил до глубины души. До такой степени, что от легкого прикосновения к плечу я вздрогнула и шарахнулась в сторону. И стремительно обернулась… на Грисса, напряженного, грозного даже в полотенце на бедрах.
Мой хедар все слышал, потому что в его не менее ледяном голосе звенела нешуточная ярость:
– Потерял одну, взялся за другую. Похоже, твой отец окончательно утратил благоразумие и здравый смысл.
Еще минуту назад обнаженный муж вызвал бы у меня восхищение и возбуждение. Сейчас, глядя на него, сильного, мускулистого, но голого, осознала, насколько мы все уязвимы. Не существует стопроцентной защиты!
Невольно судорожно, отчаянно всхлипнула – и оказалась в объятиях Грисса. Крепко прижав меня к себе, он с абсолютной уверенностью сказал:
– Вера, мы на «Рушазе», так далеко, что даже если он сильно захочет, ничего не сможет сделать! Ни мне! Ни тебе! Ни кому-либо здесь! Слишком ограничены возможности. Особенно теперь, после Крайча. Слышишь меня?
– Да, – сипло каркнула я, жадно вдыхая родной и любимый запах мужа. А потом, когда дошло про «потерял одну», испуганно переспросила: – Как потерял? Что с Элиной?
Грисс глубоко вдохнул, наверное, набираясь сил и терпения, забрал у меня из рук кибер и быстро вошел в новостной канал:
– Изучай.
От первых же новостей у меня подкосились ноги, пришлось сесть, чтобы не рухнуть.
– Боже мой… – пробормотала я, вчитываясь и вслушиваясь в короткие ролики.
Оказывается, я пропустила жизненно важные новости, избегая общения с друзьями и игнорируя кибер, пока «заражалась».
Сеть пестрела громкими заголовками, от которых мое сердце билось в рваном, испуганном ритме. В наш сектор межмировые новости добрались спустя сутки, и я знакомилась с ними в обратном порядке, не тратя времени на откат.
Двое суток назад на нового командующего Военно-космическим флотом Земли, цер-адмирала Михаила Волкова, официально занявшего этот важнейший пост две недели назад, было совершено беспрецедентное по наглости покушение. Его аэробот взорвали. СМИ с азартом голодных шакалов обсуждали потрясающую боевую подготовку героя войны и его пилота, ведь оба успели за секунду до взрыва выскочить из бота и остались живыми, лишь слегка подпаленными пламенем.