По данным военных Содружества, небольшие «ящерицы» и «ящеры» побольше составляют восемьдесят процентов космического флота змеранов. За почти два месяца стажировки мне довелось так или иначе столкнуться только с ними, пугающими, хвостатыми тварями. В общем-то, понятно, почему эта форма самая распространенная у змеранов. Эти разумные и сами похожи на двухметровых прямоходящих ящериц. Змераны – второй негуманоидный вид пришельцев, которых встретили земляне и наши соседи за время освоения космоса. И самое страшное – негуманоиды обоих видов пытались покорить и уничтожить, а не сотрудничать.
Все попытки контактов со змеранами завершились гибелью миссий Содружества. Нападая на наши караваны, военные или торговые, змераны безжалостно уничтожали первые и захватывали вторые. Долгое время мы достоверно не знали, для чего им захваченные представители различных рас, пока из плена не вырвалось несколько отчаянных пленников на угнанных у захватчиков собственных кораблях. К сожалению, таких случаев было лишь три. Благодаря им выяснили, что у пленных страшная судьба. Часть отдают на исследования – как нас лучше и проще уничтожать. Остальные становятся бесправными, бессловесными, живыми игрушками, ценность которых исключительно в малом количестве. Для змеранов не имеют значения ни пол, ни возраст рабов, ведь эти твари – гермафродиты, у них в принципе отсутствует понятие сильного и слабого пола.
После этого все попытки контактов со змеранами прекратились. А на наших кораблях установили систему самоликвидации.
Я сумасшедшим зайцем металась среди обломков разбитого вдребезги змеранского каравана, пытаясь сбросить с хвоста настырного преследователя. Корабль аяшей сидел у меня на хвосте, вцепившись голодной блохой в собачий хвост, не скинуть. И активно «пил мою кровь», пытаясь лишить меня огрызка хвоста, оставшегося после последний атаки.
– Ы-ы-ы… Грисс, я же твоя жена, а ты меня лап и почти всего хвоста лишил, – с азартным отчаянием завопила я, с трудом увернувшись от очередного плазменного залпа в мою «филейную», незащищенную часть.
– Змеранам от меня жалости не ждать! – прозвучал насмешливый ответ в наушниках кибершлема.
– Врешь, не возьмешь! – не сдавалась я, нырнув в просвет между остовом развалившегося «паука» и останками двух «ящериц».
– Возьму, возьму, дорогая, дай мне еще минутку… – с коварной усмешкой, зловещим тоном пообещал мой любимый хедар.
Мощный удар по корпусу, лишенному энергетической защиты, сотряс мой змеранский корабль. Виртустановка в полной мере продемонстрировала, каково тем, кто внутри корабля: меня тряхнуло так, что зубы клацнули. Мой пульс частил, казалось, сердце бьется в горле. Но я дама азартная и поймала себя на мысли, что еще и безбашенная. Чтобы спастись, решилась на отчаянный шаг. Направила разбитый и измученный корабль в астероидный пояс, шлейф кометы Радора.
– У тебя уничтожены все системы управления, ИскИн еле дышит, ты решила героически погибнуть? – подколол Грисс.
А я коварно промолчала – пусть гадает, что я задумала.
– Вера-а-а? – протянул он насмешливо-соблазнительным тоном. Но уже через минуту изумленно воскликнул: – Ничего себе!
– Утерла я тебе нос? Не ожидал, что тебе противостоит гениальный пилот с идеальным глазомером? – торжествующе пыхтела я, пытаясь протиснуться в узкое пространство между каменными осколками погибших планет.
– Тебя сейчас раздавит… – снисходительно парировал Грисс.
– Ну жди, дорогой, жди… – ехидненько пропела я.
Вскоре я вырвалась из полосы препятствий и счастливо воскликнула, когда под звуки фанфар ИскИн виртустановки провозгласил мою победу. И тут же заорала:
– Я победила! Победила!
– Радует, что в реальности ты на моей стороне, а не змеранов! – в голосе Грисса отчетливо слышалась улыбка. – Ну что, все? Наигралась? В каюту идем?
– Идем, – согласилась я, едва не попискивая от восторга.
Сегодня пятые сутки моей официальной семейной жизни, и пусть я еще слаба, но основные симптомы «простуды» ушли, как и обещал реан Ракеан. Вопреки ворчанию Грисса, сегодня я даже позавтракала в столовой с одногруппниками, чтобы снизить градус их подозрительности и непонимания, чем же я таким заболела.
Потренироваться на виртустановке мы пошли на волне вернувшейся ко мне жажды жизни. И пусть я взмокла, пока пилотировала, моя кровь бурлила восторгом и счастьем. Ведь мы «летали» с Гриссом.
Прежде, чем выбраться из аппарата, тщательно вытерла салфеткой испарину с лица. Заодно подула себе за пазуху, оттянув верх куртки, чтобы немного остыть. Выйдя наружу, сразу очутилась в объятиях мужа. Осмотрев меня, он нахмурился:
– Я же говорил, тебе еще рано на подвиги. Ты слишком слаба и стоило отдохнуть.
– За четверо суток я все бока отлежала, – досадливо возразила я.
Укоризненно качнув головой, Грисс обнял меня. И когда я подняла к нему лицо, обвел его подушечками пальцев, обласкал взглядом почерневших глаз и мягко попенял:
– Вера, относись к себе бережнее, пожалуйста.