- Одетые с одетыми, а голые с голыми!
- Это справедливо!
- Ради Бога, это просто нелепо... - начал я, но, как вы можете догадаться, они не прореагировали на мои слова.
- Давайте проголосуем, - предложила Сильвия.
- Но вы должны выслушать и мое мнение...
- Верно, проголосуем!
Голосование не заняло много времени. Не могу сказать, что решение было принято единогласно с первой попытки. Первый результат был семь против трех, второй - девять против одного, третий - десять против ничего. У меня создалось впечатление, что ничем был я сам. По окончании референдума Сильвия посмотрела на меня, и ее ярко-голубые глаза заблестели, как будто в них отражалось солнце.
- Решение принято, - улыбнулась она.
- То есть как это принято? Я не голосовал.
- Так голосуйте сейчас, Шелл. Выбирайте, с кем вам оставаться - с Реджиной или с нами.
- Но...
- Я тоже не голосовала! - вмешалась Реджина. - Со мной он не останется - я его и близко к себе не подпущу! А вы все можете убираться к дьяволу!
Она снова топнула ногой, повернулась и выбежала из гостиной.
Где-то хлопнула дверь.
Полагаю, вы можете сказать, что я так и не принял решения. Его приняла за меня Реджина.
В итоге я снова оказался наедине с великолепной десяткой. Но первый раз это произошло в церкви, а теперь я очутился в абсолютно невозможной ситуации.
Невозможной? Ну окончательный вердикт на этот счет еще не был вынесен. Я решил попытаться доказать, что ситуация не так уж невозможна, и - клянусь Богом или дьяволом - мне это удалось!
***
Мы не станем задерживаться на том, что происходило в последующие ночные часы. Упомянем лишь то, что, когда солнце медленно поднялось на востоке, Шелл Скотт еще медленнее поднялся на западе и проделал четвертый поход к своему "кадиллаку" за очередной порцией эровита, рассчитывая, что в нем и впрямь содержится нечто чудесное.
Мы не станем делать пошлые ссылки на подвиги Геркулеса или Сизифов труд, а предоставим все вашему воображению, которое также может испытать немалое напряжение.
Наконец, мы проигнорируем тот факт, который хорошо известен страдающему мужскому полу, а именно, что ни одна женщина не способна хранить даже маленький секрет. Я больше ничего не скажу о происшедшем, ибо, хоть я и узнал, почему страдает мужской пол, рыцарство еще не до конца умерло во мне.
Однако хочу повторить еще раз: ребята, их было только десять.
Ну, одиннадцать, если считать Реджину, но, рискуя стать назойливым, предлагаю остановиться на десяти с половиной. Понимаете, дело было так...
***
Печенье раскрошилось - это звучит более поэтично, чем "Реджина Уинсом раскололась" - утром в понедельник, без четверти двенадцать.
Я вышел из ванной, где поливал голову холодной водой, не обнаружив в гостиной никого - кроме Реджины Уинсом. Она стояла в середине комнаты, теребя свой розовый свитер.
- Снова вы? - Я подошел к зеленой подушке и растянулся на ней.
Реджина выглядела совсем не так, как ночью, - впрочем, я, очевидно, тоже. Щеки ее покраснели, большие глаза ярко блестели. Она улыбалась, словно только что узнала, как это делается, и так этим увлеклась, что не могла остановиться.
- Шелл... - заговорила она, ее голос звучал, как верхний регистр гобоя.
- Да?
Реджина не ответила - она продолжала улыбаться.
Думаю, ее поведение было результатом промывания мозгов, проделанного самой жизнью, усталости, приближающейся к истощению, травмы, причиненной попытками выбора между раем и адом, чувством отчуждения от своих сестер по полу и ощущением того, что она отвергнута - не кем иным, как мною.
Реджина сбросила туфли, стянула розовый свитер, а потом медленно сняла с себя все остальное. Она была потрясающе хороша, а при обстоятельствах, хотя бы приближающихся к нормальным, выглядела бы в высшей степени сексуальной, чувственной и желанной.
Совершенно голая, Реджина стояла в нескольких футах от меня и по-прежнему улыбалась.
- Ну вот! - драматически произнесла она. - Я сделала это! Вы победили, Шелл!
- Я?
- Да. Но теперь я чувствую себя свободной. Это чудесно!
- Вы в самом деле выглядите чудесно - как прекрасный подарок, присланный в обычной запечатанной бандероли. Но, Реджина, в реальном мире, где мы с вами находимся, возникают иногда серьезные, а иногда маленькие и довольно смешные проблемы...
- Шелл, я так рада! Не думала, что буду так себя чувствовать! Я просто не могу дождаться!
- Чего?
- Ну, я ведь сделала это - сняла одежду. Я перед вами. Это то, чего вы хотели... - Улыбка слегка увяла. - Не так ли? - Да, конечно...
- Шелл, дорогой, возьмите меня!
- Взять вас? Вы имеете в виду... Да, полагаю, вы имеете в виду как раз это.
Так оно и было.
В результате Реджина Уинсом пробудилась от сна, увидела свет - и была спасена.
