Она нервно трясет головой и отводит взгляд. Вроде как, ей наконец-то стыдно. Не ясно, правда, за что — за енота или за беспочвенные подозрения в адрес Джозефа. Она же только и делает, что демонизирует его с первой их встречи. С маниакальным упорством.
— Эм… хорошо, — кое-как выдавливает Грин, и голос ее звучит сипло и как-то болезненно. Она суетливо собирает вещи, торопясь, пока он не передумал.
— И, пожалуйста, — добавляет Джозеф ей вслед, — больше не приносите сюда никаких животных.
— Хорошо.
Лишь когда за ней закрывается дверь, он позволяет себе рассмеяться.
По дороге домой Иви заглядывает в супермаркет и покупает бутылку вина. И еще одну — для надежности. В ее корзинке туалетная бумага, гель для душа, детское питание и множество других мелочей из списка Карен. Теперь у Иви набор продуктов пьющей матери-одиночки. Но сама мать-одиночка не разделит с ней вино, ведь ей рано вставать, чтобы завести ребенка в садик перед работой. А Иви уже плевать. То, что ее не уволили, как она считает — вопрос времени. Она имеет полное право накидаться в дрова. С кем-то. Или одна.
Карен выуживает из пакета бутылки и настороженно косится на подругу. Они вместе снимают небольшой домик и привыкли друг к другу со времен колледжа. Карен отлично разбирается в полутонах настроения своей давней соседки. Она сразу понимает, что вино в их доме появилось не без причины.
— Что стряслось? — строго спрашивает она. Иви вынимает из заднего кармана джинсов отвертку и кладет рядом с вином. Карен это ничего не проясняет.
— Тебе же завтра на работу, — ворчливо напоминает она.
— Угу.
— Ладно, — сдается Карен, — я выпью с тобой бокальчик и сразу лягу. Расскажешь в двух словах, окей?
В итоге она выпивает три. Или пять. После второго Иви теряет счет. Сама она глушит вино, как воду, даже не притронувшись к ужину, приготовленному подругой. А обычно у нее нет проблем с аппетитом. Иви перестает лакать вино, только чтобы наконец-то написать ответ своему далекому другу. До того у нее не было ни сил, ни храбрости, чтобы поделиться с кем-то причиной своих душевных терзаний.
«Потому что я пиздец как накосячила. Я была уверена, что меня уволят. Но не уволили. Это странно. Теперь я не знаю, что и думать».
Похожую версию событий она рассказывает Карен, но с большим количеством подробностей. Услышав про енота, подруга смеется, радуется, что этот разбойник больше не будет раскидывать мусор по всей их лужайке, но после называет Иви сумасшедшей. Это опасно. И возмутительно. И, конечно, очень странно, что ее не уволили. Карен говорит, что начальник — святой человек, ведь она на его месте вышвырнула бы Иви вон сию же минуту. И обеспечила ей проблемы, чтоб не повадно было. Иви перегнула палку. Она и сама уже это поняла.
— Он еще мне это припомнит, — настаивает на своем Иви, — будет использовать против меня. Я еще пожалею…
— Почему ты так в этом уверена? — перебивает ее Карен.
— Нет, ты его просто не знаешь! — спорит Иви, — он полгода меня изводил, придирался к любой мелочи. Я один раз, всего один, опоздала на работу, и то не по своей вине, а он каждое утро об этом напоминает!
— Но ты и сама хороша. Поправь меня, если я ошибаюсь, но не ты ли ходила в офис в пижамных штанах, наплевав на дресс-код? И да… енот…
Про кофе, вылитое начальнику в лицо Карен не знает. И слава богу. Иногда Иви удается каким-то чудом удерживать язык за зубами.
— Хм.
Карен склоняет голову набок и испытующе смотрит на подругу. У нее слишком ясный взгляд для человека, на чью долю пришлась добрая половина бутылки вина. Иви становится неуютно. Она чувствует, что это не к добру, и ей не понравится то, что она услышит дальше. Все верно.
— Ты не думала … — Карен очень осторожно подбирает слова, — что ты ему просто нравишься? Но… ты окружила себя такими неприступными стенами, что к тебе никак не подступиться. Вот он тебя и провоцирует.
Карен не в курсе, что загадочный незнакомец из бара и омерзительный босс — одно и то же лицо. И не надо ей знать, а то она нафантазирует себе лишнего.
— Тьфу, — Иви шумно грохает бокалом о столешницу, и подруга грозит ей пальцем. Посуды у них не так уж и много, надо ее беречь. Но вино уже ударило Иви в голову. Она слишком пьяна, чтобы переживать еще и из-за бытовухи. Она сердито желает Карен "спокойной ночи", забирает вторую бутылку и ползет в свою комнату. Иви не хочет слушать всякие глупости. Лучше она будет напиваться в одиночестве или поищет другого собеседника. У нее есть кое-кто на примете.