Небольшая история о том, что могло бы случиться после танца в палатке (но, увы, не случилось в каноне)...
Никогда еще я не чувствовал себя так паршиво, как этим утром. Казалось бы, что такого случилось? Танцевал с девушкой один на один в палатке, хотел поцеловать, но она вовремя опомнилась и ушла. Какая банальность! Только вот мне от этого не становилось легче. Было ужасно стыдно, что я позволил себе подобную слабость и показал Гермионе капельку, частичку тех чувств, которые с недавних пор безуспешно пытаюсь забросить в самый дальний уголок своей души. Впрочем, понятно, что Гермиона не думала в тот момент о любви с моей стороны. Подумаешь, обычная игра гормонов, а рядом есть только она, и нет никакой возможности их успокоить с кем-нибудь другим.
Ко всему прочему, она любит Рона. Моего лучшего друга, с которым мы пуд соли съели за все эти годы обучения в Хогвартсе. Вот черт! Как теперь смотреть ей в глаза? Делать вид, что ничего не происходит и вчерашний вечер был глупой ошибкой? Герми вполне может позволить себе подобное. У нее ведь нет никаких чувств к Мальчику-который-выжил. Он всегда был для нее только другом. Всего лишь другом и никем больше. Все просто как дважды-два. Да, в самом деле, забыть и не думать ни о чем таком, за что потом придется испытывать мучительный стыд перед рыжим Уизли. Стыд за мысли, стыд за чувства, которых не должно быть к другу.
Сидя у палатки, я криво улыбнулся. Друг. Как я мог быть таким глупцом все эти годы? Ведь открой я глаза чуточку пораньше, давно бы понял, что дружескими мои чувства перестали быть в тот миг, когда я увидел ее в компании Виктора Крама на Святочном Балу. Пораскинув немного мозгами, мог бы понять, что то чувство, которое сжимало тогда мое сердце, было самой настоящей ревностью.
Прав был профессор Снейп, называя меня идиотом. Только сейчас становится понятно, насколько он был прав. Впрочем, не стоит сейчас посыпать голову пеплом. У нас слишком много проблем перед предстоящим сражением с этим красноглазым ублюдком. Надо искать крестражи и дементор знает, куда он мог их спрятать.
- Гарри, ты уже проснулся? – из палатки появилась Гермиона и, как ни в чем не бывало, подошла ко мне, глядя со знакомым беспокойством и тревогой в глазах.
- Как видишь, да. Не могу долго спать, ты же знаешь.
Так, собрать свою волю в кулак и продолжать общаться с ней, как раньше. Будь мужиком, Поттер, не усложняй жизнь ни себе ни ей своими глупыми чувствами. Засунь их в одно место и не рыпайся!
- С тобой все в порядке?
- Да. Со мной все хорошо, Герми, - мягкая улыбка, которая когда-то означала благодарность за беспокойство. Давно это было. Можно даже сказать, в прошлой жизни.
- Ты уверен?
- Да.
Ну же, Герми, отстань, пожалуйста, пока я не натворил делов. Уйди. Оставь меня в покое и дай прийти в себя после вчерашнего. Неужели не понимаешь, глупенькая, что только огромная сила воли не позволяет мне сделать то, о чем потом мне придется жалеть еще очень долго.
- Гарри… - неуверенное касание плеча. – Мы должны поговорить.
- О чем? – спокойствие Поттер, только спокойствие.
- О вчерашнем танце и том, что случилось после него, - села рядом. В глубине карих глаз неуверенность и страх. Он умел читать ее, как никто другой.
- А что такого случилось? – голос вроде бы не дрожит, и то хорошо. Она от этих слов вздрогнула и сразу отвернулась, обхватив руками колени и уткнувшись в них головой. – Герми, прости.
- За что? – резкий поворот головы и недоумение, большими буквами написанное на лбу.
- За все. Не стоило мне тебя приглашать на этот дурацкий танец, - нет, я точно идиот.
- Дурак! – подтвердила она мои мысли и бросилась бежать, а я не нашел ничего лучше, как броситься ей вслед.
- Герми, ну что с тобой происходит, объясни ты мне?! Ты обижаешься на меня за вчерашнее?
К этому времени я уже держал ее за плечи и смотрел в глаза. Желание в этот момент почти спалило меня дотла. Не знаю, что такого появилось на моем лице, но она вдруг перестала вырываться, глядя на меня широко раскрытыми глазами. Дыхание со свистом вырывалось из ее груди и жилка, которая билась у нее на шее, дала мне сигнал к действию. Не раздумывая ни секунды, я впился в ее губы и прижал к себе так близко, что между нами не осталось ни миллиметра свободного пространства.
Для меня этот поцелуй стал самым настоящим пиршеством. Плевать на последствия.
Плевать на то, что потом она сбежит от меня так же, как Рон. Было только здесь и сейчас. Было только невыносимое ощущение счастья…
- Гарри, сделай что-нибудь! – прошептала она прямо в губы. – Я не могу больше бороться с собой! Я…
Думая, что совершаю самую большую ошибку в мире, но решив при этом выбросить все остальное из головы до лучших времен, я подхватил Гермиону на руки и быстрым шагом направился к палатке. Она не сопротивлялась. Мы оба понимали, ЧТО сейчас произойдет, но останавливаться никто из нас двоих не хотел, да и не мог. Слишком долго наши чувства держались в рамках приличий, слишком долго мы пытались делать вид, что ничего не изменилось и мы по-прежнему друзья.
Это утро все изменит раз и навсегда, и я подумал, что полностью готов, чтобы направить нашу многолетнюю дружбу в другое русло.
