Прости меня за любовь полностью

— Я виновата, что не сказала тебе этого раньше, — посетовала Бриджит. — О том, что Хант завел любовницу, я узнала где-то полгода назад. Конечно, мне следовало сразу тебе рассказать… И насчет денег тоже. Господи, что же я наделала!

Эти слова заставили Талли немного смягчиться. Все-таки Бриджит скрывала от нее информацию не со зла, а потому, что не хотела делать ей больно. И все же потрясение, которое она испытала, было достаточно сильным. Узнать, что твой любимый человек изменяет тебе и крадет у тебя деньги, — это стало бы серьезным ударом для кого угодно. Но чем она заслужила такое?! Талли этого не знала.

Взглянув на Бриджит, Талли увидела, что ее подруга плачет. Лицо у нее было виноватым и очень несчастным.

— Я… я должна подумать… решить, что делать дальше, — проговорила Талли. Сама она не плакала, но голос у нее дрожал, а горло то и дело перехватывали болезненные спазмы. — Мне нужно время, чтобы как-то… чтобы немного успокоиться. Только потом я смогу говорить с Хантом…

Стоило ей произнести это имя, как внутри ее что-то надломилось, и она судорожно всхлипнула. Некоторое время обе женщины плакали, сидя на противоположных концах автомобильного сиденья и глядя каждая в свою сторону. Между ними тоже пробежала трещина, которая не скоро исчезнет.

— Я думала, ты захочешь сохранить Ханта любой ценой, — сказала наконец Бриджит и высморкалась. — Мне казалось, он для тебя дороже, чем какие-то деньги.

— Дело не в деньгах, — отозвалась Талли. — Как бы сильно я его ни любила, нам придется расстаться. Он мне солгал, солгал дважды, а это значит, что я больше не смогу ему доверять. Никогда.

Разумеется, тяжелее всего Талли переживала измену Ханта. Когда она узнала об этом, деньги сразу отошли для нее на второй план. В конце концов, деньги всегда можно как-то возместить, но как восстановить утраченное доверие? Хант причинил ей такую сильную боль, что Талли казалось: она больше не сможет доверять ни ему, ни какому-либо другому мужчине. Похоже, он стал последней каплей, переполнившей чашу. А самым страшным было то, что теперь Талли казалось: она больше не сможет доверять не только мужчинам, но даже самой себе. Наверное, она не умеет выбирать, не может отличить хорошего, порядочного человека от негодяя и подлеца. Трижды в жизни она ошибалась, и ошибалась жестоко, и повторения этого болезненного опыта ей ни в коем случае не хотелось.

— Мне очень жаль, Талли, — тихо сказала Бриджит, вытирая глаза. — Правда жаль…

В ответ Талли только кивнула и посмотрела на часы. Пора было ехать, они уже и так опаздывали. При других обстоятельствах она, возможно, попыталась бы утешить подругу, но не сейчас. Талли все еще сердилась на Бриджит за то, что она не рассказала ей о Ханте раньше.

О том, как она будет работать после всего, что узнала, Талли не имела ни малейшего представления, но выбора у нее не было. Фильм необходимо закончить, пусть даже у режиссера разбито сердце, а руки опускаются от горя. В глубине души Талли мечтала, чтобы все было уже позади — и фильм, и неизбежное расставание с Хантом. Она, однако, понимала, что не стоит рубить сплеча, и не потому, что она не поверила Бриджит, а просто потому, что подобное было не в ее характере. Сначала ей нужно хотя бы немного прийти в себя и постараться добыть доказательства того, что она сегодня услышала. Только потом она сможет разговаривать с Хантом. Как добыть эти доказательства и кто ей может в этом помочь, Талли пока не знала, а значит, ей предстояло несколько мучительных дней или даже недель, в течение которых она должна делать вид, будто ничего не произошло. Ей, конечно, будет очень больно, но Талли сознавала, что это единственный правильный путь.

— Ты теперь меня, наверное, уволишь? — спросила Бриджит, со страхом глядя на подругу.

— Может быть. Я пока не знаю… ничего не знаю, — ответила Талли. Это был единственный честный ответ, который она могла дать в данный момент. — Я, во всяком случае, не хочу этого делать, — добавила она. — Давай немного подождем и посмотрим, как у нас пойдет дальше…

Это было все, что она могла сделать для Бриджит. И Бриджит это понимала и была ей за это признательна. Талли нужно было о многом подумать, многое решить — ведь после всего, о чем она сегодня узнала, ей фактически предстояло строить свою жизнь заново.

Бриджит медленно тронула машину с места, и они поехали дальше. Весь остаток пути они молчали. Бриджит терзали угрызения совести, а Талли… Талли просто чувствовала, что ее мир рухнул и все ее надежды и мечты обратились в прах.

В очередной раз.