Она останавливается. Веки неожиданно тяжелеют. Что случилось? Почему эти слова причиняют ей боль? Разве я не знаю? – думает она, пристально глядя на этот компьютер, похожий на древнего оракула, что дал ей ответ, который она так долго искала. В этих нескольких строчках – любовь, та любовь, которую она хотела бы иметь, но которой больше нет. Или, может быть, ее у нее и не было. Любовь – это безумие, это когда сердцебиение две тысячи ударов в минуту, когда в час заката откуда-то сверху льется свет, когда вам хочется проснуться утром, только чтобы посмотреть друг другу в глаза. Слеза сползает по ее щеке и падает на колено. Может быть, эта девушка, сидящая перед случайно найденным ноутбуком, едва освещенная светом лампы, еще и не знает, что такое любовь. Но уже точно знает, что такое, когда любви нет.
«И падает листва, она кажется солнцем, и пеной падает снег на море. Он и она пока вместе, но, похоже, это финал».
Этого финала ей и не хватает. Этого финала, то есть ответа, который она не имела мужества дать даже самой себе. И теперь, возможно, этот финал наступил. И он проскакивает перед ее глазами, как последние титры в фильме о любви. Да, надо ему все сказать. Настало время сказать ему, что все было прекрасно, что, даже если актеры уходят со сцены, подмостки жизни остаются свободными и готовы к другим спектаклям, что я желаю ему всего самого лучшего и очень сожалею. Но настал финал. Она закрывает ноутбук. Берет сумку и выбегает из комнаты. Когда сердце приняло решение, у нее хватит мужества пойти другим путем, и нечего больше ждать.
Дверца машины быстро открывается. Она прыгает на сиденье.
– Я не верил, что ты придешь.
– Ты же знаешь, какая я любопытная.
– Да, но утром в школе ты мне не сказала ни да, ни нет.
– Просто за углом стояли подруги, и я не хотела, чтобы они услышали.
– Молодец. Давай, поехали.
Она начинает говорить. Но говорит слишком много, как это бывает, когда чувствуешь себя не в своей тарелке. Может быть, она совершает ошибку? Но ей очень любопытно. Уже несколько месяцев подряд. И потом, он классный, красивый. И главное – теперь он свободен. Блин, я же ничего плохого не делаю. Он свободен. И к тому же мы просто проедемся. Проедемся, и все тут.
– Приехали.
– Сразу пойдем?
– Конечно. Что нам тут делать. Я там дам тебе послушать.
Они выходят из машины и входят в здание. Лифт спускается на цокольный этаж. Они проходят по темному коридору, мимо стальных дверей гаражей. Он останавливается у предпоследней.
– Это здесь.
Он вставляет ключ и тянет на себя дверь. Свет включается автоматически. Гараж очень большой – в нем поместились бы две машины, – но он пуст. Он полностью переделан в зал для репетиций. Там есть все: инструменты, усилитель, три микрофона.
– Полная звукоизоляция. Я сам сделал. Снаружи ничего не слышно. Даже вибрации нет. Вот здесь я кайфую: сочиняю, исполняю, и никто меня не достает.
– Какой ты молодец, здорово все сделал! А можно микрофон попробовать?
– Нет, сначала ты должна попробовать меня… – Он хватает ее сзади и поворачивает к себе. И целует ее в губы.
А она думает, что, может быть, это неправильно, что ей не стоило сюда приходить, что зря она села в эту машину. Но его руки сбивают ее с толку, по телу пробегает дрожь, и вот их губы слились, вздохи стали нетерпеливыми, ритм учащается… В ее душе звучит какая-то фальшивая нота, чувство вины, которое не может поглотить ни одна звукоизоляция, но Олли думает об этом лишь минуту, а потом отдается течению, которое уносит ее куда-то… Она закрывает глаза. И предпочитает ни о чем не думать.
«…И мне хотелось бы, чтобы по мановению волшебной палочки загоралось утро и не угасало вечером. И чтобы рядом был кто-нибудь, на кого я могла бы смотреть и которому я могла бы говорить все, о чем сейчас пишу». Стоп. Дилетта снова перечитывает текст, который она хочет вставить в свой блог. Она обновляет его каждый вечер. Еще одна мысль. Еще одна фотография Ондэ, слова из песни, цитата из фильма. Отрывок из книги, который надо обязательно запомнить. Дилетта выключает компьютер и ложится в кровать. Этот Филиппо забавный. Вечно торчит у автомата с закусками. Но вообще-то он ничего. Вдруг на телефон приходит сообщение. «Встретимся в 12 ч. в „Аляске“? Собрание Ондэ. Быстрее! И не валяйся в кровати, по крайней мере, пока не начнешь использовать ее по назначению! Олли». Послание в ее духе. Дилетта встает, одевается, ищет кроссовки и так и выходит, как обычно, без всякой косметики, не причесавшись. Это будет длинная ночь, полная неожиданностей.
Дилетта проезжает пьяцца дель Пополо, и вот она на пьяццале Фламинио. Прямо у входа в парк виллы Боргезе. Он освещен и ночью. Странно: даже в такое время суток любители пробежек все так же мелькают по дорожкам. Две девушки, смеясь, несутся на роликах, а мальчишка выделывает пируэты на скейте. Дилетта уже собирается ехать дальше, как вдруг замечает его. И неожиданно ее охватывает радость.
– Привет, мальчик с мюсли! – кричит она ему.
– Дилетта!
– Собственной персоной! А ты что тут делаешь? Глупый вопрос: бегаешь.
