– Да, конечно… – Алессандро пытается прийти в себя и идет к шкафу со спиртным. – Что ты хочешь, Ники? Ром, джин-тоник, водка, виски…
Ники открывает дверь на террасу.
– Нет, это крепкие напитки. У тебя нет просто колы?
– Кока-колу? Сейчас.
Алессандро идет на кухню, а Ники выходит на террасу. Высоко в небе светит луна, по ней пробежало облачко: как будто подружка подмигнула.
– Алекс, а музыку можешь поставить?
– Да.
Он берет стакан, кидает кубик льда и, пошарив в кармане, достает диск, подаренный Энрико. Подумать только, он двойной! Он вынимает один диск, вставляет в стенной проигрыватель, нажимает на кнопку. И выходит к Ники на террасу.
– Вот твоя кола.
– М-м-м… вкусная! С лимоном!
Раздается музыка.
– Слушай, уже темно… – Алессандро пытается нащупать включатель.
– Не надо, оставь так, так лучше. – Ники стоит у жасминового куста, срывает цветок и надкусывает его у основания. – Ух ты, кока-кола и жасмин – мечта… Можно запустить на рынок новый напиток: жасмин-кола. Как тебе?
– Сложновато. Люди любят что-нибудь попроще.
– Верно. А ты, Алекс, мне кажешься таким простым.
– Похоже на оскорбление.
– Почему? Простой… с простой душой.
– Часто бывает, что простые вещи сложнее всего понять.
– Ой, не усложняй так! Вместе мы все сможем. И потом, совершенно ясно, чего ты хочешь. Все, что ты хочешь, написано у тебя на лице.
– Иногда внешность обманчива.
Ники смеется и прячется за кустом жасмина. Она откусывает другой цветок и высасывает нектар.
– Слушай, он такой вкусный… Поцелуешь меня?
– Ники, но я…
– Ш-ш-ш… что может быть проще поцелуя?
– Но я и ты… это сложно.
– Ш-ш-ш… слушай свое сердце. – Ники подходит к нему. Кладет ему на сердце руку. Потом ухо. И слушает его. Сердце стучит громко. И Ники улыбается. – Вот, я слышу его. – Ники поднимает голову и смотрит ему в глаза: – Оно сказало – нет.
– Что «нет»?
– Что между тобой и мной нет ничего сложного. Все просто…
– Да?
– Да. И потом я его спросила: что мне делать, поцеловать его?
– И что же оно тебе ответило?
– Оно сказало, что тебе это кажется сложным, а на самом деле это просто.
И Алессандро сдается. Ники медленно к нему подходит и целует. Нежная, ласковая, теплая, легкая. Как жасмин. Как Ники. Она кладет руки Алессандро себе на плечи. И снова целует его. С большей страстью. Алессандро в смятении: боже, ей же семнадцать. На двадцать лет меньше, чем мне. А что, если сосед сейчас на них смотрит? Алессандро приоткрывает глаза: вокруг них – кусты жасмина. Я правильно сделал, что поставил их тут на террасе. А вдруг придет Елена? Блин, ведь у нее остались ключи! Но вообще-то, она ушла. Это она ушла, а не я. И не собирается возвращаться. Наверное. Но вскоре все эти мысли покидают Алессандро. Зачем они, если ни к чему не ведут? И он отдается любви. Ники спускает бретельки, и платье падает на пол. Перешагивает через него и остается в одних трусиках и бюстгальтере. Она стоит, прислонившись спиной к кусту жасмина, утонув в цветах, полная аромата, как роза, случайно попавшая в кусты жасмина. Ее кожа чуть пахнет морской солью, руки и ноги – крепкие, плоский животик, как и полагается влюбленной в серфинг. А теперь и в Алессандро. И вот они уже в открытом море. При свете луны, среди нежных цветов жасмина, он теряется в ее длинных, все еще влажных волосах, он чувствует, как с него сползает одежда, он боится осмелиться… но он так ее хочет. И полностью отдается потоку желания. Сердца бьются в унисон. Алессандро уносится на волнах удовольствия, пахнущих ею, Ники, ее поцелуями, ее улыбкой, ее долгими вздохами, они пахнут ею, этой молоденькой девочкой с запахом жасмина и с еще непонятно какими другими ароматами.
…Ники проходит через террасу, она идет гордо и бесстрашно, совсем не стесняясь своей наготы. Вскоре она появляется со своей сумкой и садится перед ним на этот лежак. Она скрещивает ноги и ставит сумку прямо перед собой, чтобы скрыть наготу. Роется в сумке, а Алессандро так и сидит, не в силах пошевелиться, напротив нее. На нем только расстегнутая рубашка, на лице – смятение: он так и не может поверить, что все «это» между ними произошло.
– Эй, ты не против, если я покурю?
– Нет, нет…
Ники закуривает и выпускает струйку дыма.
– Знаешь, дома я не могу курить… Родители не знают, что я курю.
– Ну да, конечно… А они знают про все остальное?
– Что я уже не девственница?
– Ну, назовем это так.
– Да конечно, нет. Они даже ни разу не осмелились говорить со мной на эту тему, а ты говоришь – знают ли. Вообще-то, я думаю, мама знает… Короче, однажды мой бывший парень, Фабио, забыл у меня пачку презервативов, и я потом ее так и не нашла. Либо ее нашли родители, либо братец, но тогда ему было десять лет, так что не думаю, что они могли ему пригодиться.
У Алессандро, когда он слышит про презервативы и ее бывшего парня, появляется какое-то странное чувство. Этого не может быть. Ревность? Ники делает еще одну затяжку. И что-то замечает.
– Эй, что с тобой?
– Ничего.
– Ты какой-то странный.
– Нет, правда ничего такого.
