— Прикалываешься, что ли? — нахмурившись, размышляю о том, как вообще подобную задачу можно выполнить. — Я не Карлсон. Пропеллера у меня нет. По перилам ползти?
— Подключаем критическое мышление, парни.
— Я понял.
— Чё ты задумал, Паха? — растерянно хлопаю глазами.
— Держись, Абрамыч.
Ну капец, друг поднимает меня и тащит на себе.
Ржём, угорая, и едва не заваливаемся на пол уже на самом верху.
Прикольно, что всю эту дичь снимает оператор. Честно говоря, поначалу я не горел желанием видеть что-то подобное на своей свадьбе, но сейчас я даже благодарен Филатовой за то, что она нам тут устроила. Понимаю, что потом спустя годы будет реально интересно на это посмотреть. Останутся приятные воспоминания о веселье и дурачестве. Пусть.
— Вот это я понимаю дружеская поддержка! В прямом смысле этого слова!
— Выкладываем купюры, ребята! Рисуем большое-пребольшое сердце для Таты! — требует неуёмная Сонька.
Ну мы и рисуем, вынимая из карманов всё оставшееся бабло.
— Дырку заткни в середине, Ромас.
— Это сердечная рана.
— Не надо нам ран никаких больше. Докладывай или разложи по-другому, — наказываю недовольно.
Пыхтим старательно ещё несколько секунд. Прям шедевр цветной по итогу получается.
Народ громко кричит «да» и я, уставший от бесконечных заданий и дико соскучившийся по своей девчонке, получаю заслуженный ключ от принцесскиной комнаты…
Тата
Слышу, как мой будущий муж громко признаётся в любви на разных языках.
Смеюсь, когда до нас доносится версия на французском.
— Всё, мы закончили, — сообщает визажист, напоследок легонько взмахнув кисточкой для пудры.
— Дверь закрыта с той стороны на ключ. До окончания выкупа вам придётся посидеть с нами, Лен, — предупреждает её мама.
— Ой, да вообще без проблем, — она отходит, пропуская меня к большому зеркалу.
Расправляю платье. Оцениваю результат, придирчиво рассматривая своё отражение.
— Ты очень красивая невеста, Тата.
— Не то слово! Она у нас просто невероятная! — умиляется бабушка Алиса.
— Четыре часа колдовства не прошли даром? — отшучиваюсь, поворачиваясь к женщинам.
— Ты прекрасна, — мама, улыбаясь, заботливо поправляет фату.
— Куда летите в свадебное путешествие? — спрашивает Лена, складывая в сундучок косметику.
— Если бы я сама знала…
Конфиденциальность — наше второе имя. Вон даже о свадьбе проинформированы лишь те, кто должен на ней присутствовать.
— Так это сюрприз?
— Марсель не говорит, её и родителей жениха тоже расколоть невозможно, — с нажимом констатирую, глядя на маму.
— Я не в курсе, Тата, — отводит взгляд.
— Да-да.
Не верю. Все невербальные жесты говорят об обратном.
— А сама ты куда хотела бы?
— Мне всё равно, Лен, — признаюсь абсолютно искренне. — Главное, чтобы мы были вдвоём. Больше ничего не нужно.
— Медийной паре сложно скрыться от вездесущих журналистов.
— Он обещал, что в этом месте мы их не встретим точно.
— Дай Бог! — вздыхает бабушка. — Леночка, могу я попросить вас зафиксировать мне причёску повторно? Что-то вот здесь распадается.
— Сейчас всё сделаем, Алиса Андреевна.
На улице становится нереально шумно. Почти как на концерте ГП.
— Что там, мам? Можно взглянуть?
Любопытно ведь очень.
— Идём.
Перемещаемся на балкон. Оттуда отлично видно происходящее.
Во дворе толпа. Играет песня Уитни Хьюстон «I will always love you», под которую мой жених с кем-то танцует в центре образовавшегося круга.
В груди неприятно вспыхивает.
— Не поняла, — ревниво прищуриваясь, жду, когда он поставит на ноги лженевесту. — Кто там, мам? Я же просила Филатову о том, чтобы он ни с кем близко не контактировал.
Уговор был. Никаких танцев, поцелуев и прочего. Всё это должно быть только со мной!
— Подожди, ревнивица. Это… Ромасенко?
Нам наконец удаётся детально рассмотреть парочку.
— Правда он? — чувствую, как меня отпускает. — Господи… Вот это да!
В целях попадания в образ на Максима надели фату и пышную юбку.
Как он перенёс это издевательство над собой и как со своим характером вообще согласился на подобное задание — загадка, но гости просто в восторге от этого шоу.
— Нервничаешь? — мама обнимает меня за талию.
— Да.
— Не стоит. Вы ведь так ждали этого дня.
Ждали. Чуть с ума не сошли. Пришлось мне даже к Полинке переселиться на время.
— Как не уронить кольцо во время церемонии?
— Не уронишь.
— А если вдруг? Говорят, это дурной знак.
— Не думай об этом, Тата. Всё пройдёт хорошо, — успокаивает она.
Киваю.
— Я так рада, что это не случилось пять лет назад… — произношу вслух, вспоминая, как отец вместе с Горозиями планировал мою свадьбу.
— Замуж нужно выходить только по любви. Как показала практика, это единственный путь к счастью.
— Мам, — разворачиваюсь, вынуждая её чуть отступить. Пользуясь тем, что мы с ней сейчас вдвоём, хочу проговорить важные вещи, — Даня ведь не обиделся на то, что я попросила Игоря Владимировича сопровождать меня к алтарю, если отец не придёт?
— Разумеется, нет.
— Поймите правильно, ладно? Не хочу ощущать себя предателем.
