Я не отвечаю, продолжаю улыбаться и слежу за тем, чтобы волосы надежно закрывали половину лица. Артем проходит в кабинет, плотно закрывает за собой дверь и присаживается передо мной на первую парту. Я смотрю на него снизу-вверх, отмечая светлеющий алый поцелуй зимы на его щеках, тщательно зачесанный на аккуратный пробор темные волосы, ровное, спокойное чувство в его взгляде.
Выражение его лица внезапно меняется, когда он замечает лиловый синяк на моем лице. Я поспешно наклоняю голову, но, конечно, не успеваю скрыть "вчерашний привет" от моего мужа.
Артем встает на ноги, не говоря ни слова, наклоняется и приподнимает мою голову за подбородок.
Мне хочется отклониться от его взгляда и от его руки, но я будто закостенела. Он осторожно отводит темные пряди волос с моего лица и разглядывает синяк. Я завороженно смотрю в его глаза. Они абсолютно другие. Темные, взгляд их, прикованный к уродливой отметине на моей щеке, мрачен и колюч. Несколько секунд Артем не говорит ни слова, а потом смотрит на меня, мне кажется, с укором.
– Я… Это просто недоразумение, представляешь, я вчера заходила в магазин, и… ну, двери там такие – открываются в обе стороны. И случайно меня ударили. Смешная ситуация. Теперь вот хожу красивая…
Говорю спешно, срывающимся голосом, первое, что приходит в голову, а мир застилается предательской влажной пеленой, которая выдаёт мою ложь. Артем ничего не отвечает, просто смотрит, как по моим щекам одна за другой, нескончаемой вереницей скатываются слезы. Я почти не могу себя контролировать, сил хватает лишь на то, чтобы не разреветься в голос, продолжаю говорить нечто бессвязное.
Он чуть хмурится, выслушивая мое враньё, и, наконец, произносит:
– Он тебя, что, бьет?
Замолкаю на полуслове, пытаюсь справиться с дыханием и остановить, наконец, рыдания. Несколько раз прерывисто вдыхаю, готовлюсь упрямо врать дальше, но внезапно замечаю, что меня окутывает тепло и аромат его одеколона. Он обнимает меня обеими руками, прижимает мою голову к своей груди. И я сдаюсь. Секунду сижу без движения, а потом обхватываю его слабыми руками, утыкаюсь в белоснежную рубашку и чувствую, как дрожат пальцы, цепляющиеся за ремень.
Слез нет. Ощущаю его дыхание у себя на волосах – наверное он коснулся их губами. Постепенно уходит волнение, Артем забирает его просто своим присутствием рядом.
Через некоторое время я глубоко вздыхаю и отстраняюсь. Артем садится рядом. Он не выпускает моей руки.
– Почему ты с ним живешь? – спрашивает он мрачно.
Печально улыбаюсь.
– Все не так просто.
– Ты ему ничем не обязана, – возражает он горячо, – ты свободна, ты можешь уйти от него, почему ты этого не сделаешь?
– Мне некуда идти, – отвечаю мягко.
Меня невероятно трогает его волнение. Я благодарна ему за него.
– Я тебе помогу. У моей семьи есть квартира, которую они сдают. Я поговорю с отцом, он все устроит.
– Я не стану жить в квартире твоих родителей.
– Они не узнают о нас!
Он осекается, когда я нежно беру его за руку.
– Спасибо тебе, но я разберусь в своих проблемах сама. Я правда тебе очень благодарна. Ты не можешь мне помочь.
Он еще раз касается взглядом моего лица. Я вижу, что ему хочется спорить, но он сдерживается.
– Ты только не рассказывай больше эту историю про магазинную дверь, – говорит он недовольно.
Я тихо усмехаюсь.
– Не очень правдоподобно вышло, да?
Артем не принимает моего шутливого тона, остается встревоженным. А меня охватывает такое нестерпимое чувство, что хочется как-то выразить переполняющую меня благодарность. Я обеими руками поднимаю по-мужски большую ладонь Артема и целую её в теплые пальцы.
Слышу, как у него перехватывает дыхание ровно на одну секунду. Он завороженно смотрит на меня, и произносит:
– У меня скоро день рождения.
Улыбаюсь.
– Я знаю. Двадцать девятого января.
Он кивает, и в его глаза закрадывается лукавство.
– Мне исполнится восемнадцать лет.
– Прекрасный возраст.
На мгновение он опускает темные, невероятные глаза, а когда поднимает, в его взгляде озорная улыбка.
– Имениннику полагается подарок.
– Что ты хочешь, чтобы я тебе подарила?
Одно мгновение он собирается с духом, а потом говорит:
– Твой поцелуй. Настоящий. Это сделало бы меня самым счастливым.
Я смеюсь.
– Артем…
– Подаришь? – настаивает он.
– Не могу тебе обещать.
Повисает пауза, в которой Артем качает головой, признавая поражение, но потом его лицо снова мрачнеет. Он вновь смотрит на мой синяк.
– Ты уверена, что тебе не нужна моя помощь?
– Уверена. Спасибо, Артем.
***
Мне кажется, что время – это огромное древнее таинственное животное, у которого на хвосте минуты, часы, дни, недели. Иногда оно взмахивает хвостом неторопливо и играючи, а иногда раздраженно бьет им по земле, и круговерть событий затягивает нас в стремительный ураган.
Проходит много счастливых солнечных дней. Они наполнены наступающей весной, тающим снегом, сырыми утрами, запахом чая и свежих булочек. Тетрадными листами, письмами, прикосновениями, теплыми вечерами под аккомпанемент весеннего дождя за окном.
