Упиралась я недолго. В конце концов, мне самой хотелось провести эти дни с Аделиной. Поэтому я согласилась, решив, что забуду ночное вторжение Макса. Собственно, выбора у меня особо не было. Дистанцию с ним держать необходимо, а закатывать истерики не в моих интересах.
День сегодня был удивительно тёплым. Ветерок был свежим, но не холодным, а солнышко ярким, грело в своих весенних лучах наши бледные лица. Чувствовалось скорое наступление лета.
Мы приехали в один из самых больших парков города с настоящими русскими горками. Адель ещё была слишком мала для посещения их, но зато для неё было немало других аттракционов. Малышка взяла нас за руки, и мы шли словно настоящая семья… Было странно, но приятно. Адель подпрыгивала, предвкушая чудесный день, а от ее прекрасного настроения улыбались и мы.
Макс сразу купил безлимитный абонемент на весь день на всех. Адель только успевала показывать пальчиком куда она хочет пойти, как мы тут же бежали исполнять желания маленькой принцессы. Я вместе с Адель каталась на каруселях, пароходах, паровозиках и прочих аттракционах. Макс же иногда садился с нами, но смотрелся довольно комично на маленьких детских карусельках, иногда стоял за ограждением и махал нам рукой. Мы много смеялись, фотографировались и бесконечно много катались.
- Я устала, - спустя часа три катаний в парке выдала Адель.
Я и Макс синхронно рассмеялись.
- Давайте перекусим, - предложил Макс.
- Хочу картошку фри и наггетсы! А ещё молочный коктейль. Только клубничный. Большой! - сразу выдала свои желания Аделина.
- Будет тебе коктейль и все, что хочешь, - улыбнулся дочери Макс и подхватил ее на руки, а у меня щемило сердце от того, как Адель прижималась к его небритому лицу. Детская любовь самая бескорыстная и искренняя. А я могу только надеяться на то, что она будет любить меня также, как и своего отца.
По дороге в кафе Адель увидела детский картинг и потащила нас туда. На всех других аттракционах сопровождение взрослого было обязательным, а тут ей разрешили самостоятельно кататься вместе с инструктором. Я и Макс остались стоять за ограждением, наблюдая за счастливым личиком Адель.
- Я устал, - выдал Макс добродушно, а я искренне рассмеялась.
- Это только начало, - улыбнулась я, вспоминая какая Аделина непоседливая.
Макс в ответ хмыкнул. А потом повернул голову ко мне и сказал:
- Спасибо.
- За что? - удивилась я.
- За Адель. Она впервые такая счастливая и открытая рядом с няней. Я уже отчаялся найти ей по душе.
Я улыбнулась в ответ.
- С ней несложно, - пожала плечами.
Теперь Макс искренне рассмеялся в ответ, а я отметила про себя, что от него веет добротой, когда он вот так открыто улыбается.
- Временами бывает по-разному, - с улыбкой ответил он.
Я молчала, наблюдая, как Адель наматывает круги по трассе, при этом радостно визжа.
- Почему ты решила стать няней? - задал мне безобидный вопрос Макс, а у меня внутри все сжалось.
Я не люблю врать и не люблю лгунов. И как бы я себя не уговаривала, что делаю это во благо, я покрывалась вся медленно паутиной из лжи. И чем дальше, тем хуже. Я не хочу ему врать, но и правды сказать не могу.
- Почему нет? - перевела я взгляд на Макса, решив ответить вопросом на вопрос.
Сегодня он был в кепке и чёрных очках, которые не снимал вообще за всю прогулку, что казалось странным, но сказать об этом я не могла. Люблю, когда разговариваю, смотреть людям в глаза, находя в них отклик от своих слов. Глаза не врут. Сейчас я видела лишь ухмылку на его лице, а что говорят его глаза, кто знает?
- Ты красивая, - вдруг выдал Макс, а я медленно кивнула в ответ, потому что была обескуражена, - могла бы в принципе не работать.
- И ждать, пока меня обеспечит какой-нибудь богатый дяденька? - шикнула я на него, - стереотипы! - рассмеялась я.
Макс снял очки и посмотрел на него. В его взгляде был какой-то задор, а не желание меня задеть, как мне показалось изначально.
- Нет. Я просто неудачно сделал комплимент, - обезоруживающе улыбнулся он, - но все же, почему няня?
Он смотрел на меня с любопытством и искренностью, поэтому я ответила тоже искренне.
- Я не могу иметь своих детей, таким образом реализую свой материнский инстинкт, - я проговорила спокойно, без боли и дрожи в голосе, хотя в моей душе рана все ещё кровоточила.
Это был честный ответ, насколько я могла его дать в этот момент. Максим молчал, рассматривая внимательно меня, а я не смотрела на него в ответ, впившись взглядом в Адель. Он пытается залезть в мою душу, а мне это совсем не нравится.
- Мне жаль, - прошептал Макс мне на ухо, наклонившись так близко, что его дыхание опалило кожу, по которой побежал табун мурашки.
Я дёрнулась.
- Мне тоже, - буркнула я и развернулась, побежав от него прочь к Адель.
Мурашки я списала на страх, что моя тайна откроется раньше времени, и решила больше не возвращаться к этой теме.
Когда Адель сняла каску и радостно прибежала к нам, я ее обняла крепко, вдыхая сладковатый детский запах. Вот мой единственный ребёнок.
- Кушать! - скомандовала Адель, а мы синхронно согласно кивнули.
Адель всю дорогу без умолку болтала, а я просто любовалась ей.
