ЛоренВстреча с бывшим, которого вы не видели почти десять лет, никогда не бывает удачной. Столкнуться с бывшим, когда он тебя арестовывает, — это унизительно. Наручники застегиваются на моих запястьях в тот самый момент, когда он обещает ненавидеть меня до последнего вздоха. Я не могу его винить. Он умолял меня не уходить. Он не знает, что уход от него разбил мое сердце так же сильно, как и его. Это было не ради меня. Скорее, это было ради кого-то другого.ГейджЯ уехал из города после того, как ураган «Лорен» разрушил мое сердце. Возвращение домой было трудным выбором. Арестовать ее — нет. Она понятия не имеет о демонах, которых я ношу с собой. Не знает, что я новый человек. Две женщины разрушили меня. Одной я отдал свое сердце. Другая наказала меня за это.
Перевод выполнен для группы WOMEN'S MOMENTS (https://t.me/+LMA8Ejm93VBmNDFi)
Перевод: savbbook (https://t.me/savbbook)
Вычитка и оформление: Books Quine (https://t.me/+vHBZrZpWbEk3YmYy)
Оформление обложки: Карина (@karseel)
Для Сэди.
Ты прижималась ко мне, лежала у моих ног или рядом со мной на диване с самого начала моего писательского пути.
Я скучаю по тебе каждый день и надеюсь, что в собачьем раю ты получаешь много лакомств.
Я выпрыгиваю из машины, угрожающий ливень обрушивается на меня сбоку, и бегу к дому, который я посещаю чаще, чем свой собственный.
Ее дверь не заперта. Ничего удивительного.
Она ждет меня.
Мои ботинки скрипят по деревянному полу, когда я бегу по коридору и нахожу ее в спальне. Она сидит на краю кровати, ее хрупкое тело неподвижно, а в ее ледяных голубых глазах бушует опасная буря.
Глаза устремлены в мою сторону.
— Где он? — кричу я. Мой голос разбивается о ее отрешенный фасад.
— Гейдж. — Ее тон спокоен. Контролируемый. Не то, что любой здравомыслящий человек в этой ситуации. — Позволь мне объяснить.
— Что ты сделала, Мисси? — Мой голос становится все громче, все злее, все больше яда вытекает с каждым выплюнутым резким, нервным словом. — Что, черт возьми, ты сделала?
— Это все твоя вина, ты знаешь, — отвечает она. — Если бы ты любил меня по-настоящему, ничего бы этого не случилось!
— Ты сделала это из злости на меня?
Я придвигаюсь ближе под звуки сирен на заднем плане. Во мне бьется решимость добраться до нее раньше них, и я опускаюсь на колени, готовый умолять, если понадобится.
— Где он? — спрашиваю я, слезы застилают мне глаза.
Она лукаво улыбается.
— Ты никогда не узнаешь. — Эти четыре слова убивают меня, но в то же время удовлетворяют ее, когда она их произносит.
Секунды спустя шаги становятся громче, и полиция начинает прибывать.
— Будь готова гнить в камере до конца своих дней, — это последние слова, которые я произношу перед тем, как ее уводят.
— Я не поджигала свою квартиру!
По крайней мере, я так не думаю.
Я впиваюсь ногтями в ладонь, пытаясь остановить себя, чтобы не смахнуть ухмылку с высокомерного лица моего засранца-арендодателя.
Ронни — этот мудак — расширяет свою ухмылку.
— Расскажешь это полиции.
— Полиции? — взвизгнула я. — Ты вызвал полицию?
— Конечно, вызвал.
Он показывает жестом в сторону того, что осталось от сгоревшего комплекса, который я называла домом сегодня утром. К счастью, пожарные потушили пламя и загружают свои вещи обратно в грузовик, пока мои соседи наблюдают за происходящим. Моя квартира превратилась в руины и пепел, мои вещи сгорели, а Ронни Дик счел нужным переложить вину на меня.
Он усмехается.
— Как раз вовремя. Они прибыли.
Его угроза не пугает меня так сильно, как должна была бы, и я заставляю себя улыбнуться, прежде чем повернуться. Это будет конфетка. Флирт спас меня от бесчисленных штрафов за превышение скорости. Они посмотрят на меня и поймут, что я не пироманка.
Эта уверенность рушится, когда я замечаю офицера, выходящего из полицейского крейсера на другой стороне улицы. Мое дыхание сбивается, моя ухмылка рушится быстрее, чем падают трусики после выпускного бала, и боль пронзает мою грудь.
Я сплю?
Я шлепаю себя по щекам. Прищуриваю глаза. Щипаю себя.
Нет никаких сомнений.
Это он.
Прошли годы, но его красивое лицо запечатлелось в моей памяти с шести лет. Никогда не наступит момент, когда я не узнаю поцелованного солнцем, великолепного мужчину, направляющегося в мою сторону. На его крепких щеках больше щетины, чем когда мы были подростками, его грудь стала шире, а мышцы крупнее.
Его миндалевидные угольно-черные глаза устремлены в мою сторону, пытаясь поразить меня, как будто я мишень, в которую ему не терпится попасть. Его деловой настрой сопровождается чувством вины. Он помнит нашу историю — как он умолял меня не бросать его, а потом сказал, что я умерла для него, когда я ушла.
Сегодня меня не спасет никакой флирт.
Я в полной жопе.
Мой отец убьет меня, когда я буду требовать залог.
Я застыла на месте, наблюдая, как он приближается, а его партнер стоит за ним. Мой мозг говорит мне бежать, но ноги не соглашаются. Вместо этого я использую это время, чтобы рассмотреть этого нового человека.
Все — от его походки до его тела — изменилось. Военно-морская форма обтягивает его крепко сложенный каркас, рекламируя каждую его модификацию. Его иссиня-черные волосы отросли от мальчишеской стрижки в старших классах. На его потрясающем лице появились жесткие черты, а сильная челюсть сжата — молчаливое признание того, что его жизнь не была сказкой после нашего разрыва.
