«Завтра в конференц-зале состоится знакомство с новым руководством. Просьба всем сотрудникам присутствовать. Руководителям управлений на контроль».
Непонимающе смотрю на Ктоян.
— Помнишь, обсуждали сделку века в начале года? Свершилось. Нас купили со всеми потрохами. Будем сливаться с «Консул Инком». Кадры уже готовят новые трудовые договоры. Морозов вчера звонил в ночи, стращал, что московские нас в оборот взяли нехило.
Черт!
— Я там точно нужна? — предпринимаю отчаянную попытку отстоять свой привычный рабочий график и чашку кофе.
Ктоян через зеркало транслирует недоумение.
Действительно, с чего вдруг ее зам решила удариться в детство?
Когда я была мелкой, меня пригласили на день рождения одноклассницы. Мама купила ей в подарок красивущую Барби-русалку! Я плакала навзрыд весь вечер, умоляя маму, чтобы она оставила подарок мне. Я была даже согласна никуда не ходить, лишь бы чудесная кукла с зеленым плавником и шикарной косой с россыпью звезд досталась мне. И никакие доводы, что я плохая девочка, что у меня и так полно кукол, что в таком случае именинница останется без подарка, меня не останавливали. На другой день папа отвез меня вместе с пакетом на день рождения. И каково же было мое удивление, когда в пакете оказались две абсолютно идентичных Барби. Это был самый лучший праздник… пока моя мама не сказала, что это была моя последняя кукла.
Вспомнив о маме, кривлюсь, как от кислого лимона.
Черт. Сегодня же мы вместе обедаем, а я забыла…
— Сона, во сколько этот парад звезд? — уточняю, мысленно прикидывая, успею ли доехать до дома и переодеться в более консервативный вариант летнего костюма. Моя мама терпеть не может вульгарщину в одежде. Она даже джинсы считает одеждой для поездок на рынок за картошкой.
— Получасовая готовность, — начальница, оторвавшись от своего идеального отражения в зеркале, оглядывает меня. А потом задирает идеальную бровь. — Пиджачок одолжить?
Черт, черт!
Вот скажите мне, кто виноват в том, что пришел на работу в стильных шортах бермудах и шелковом топе на тоненьких лямочках? Правильно, Юль Санна.
Потому что забыла про ланч с мамой. Потому что поленилась открыть вечером чат и выбрать вместо топа и шорт что-то поконсервативней, например, блузку и юбку-карандаш. Про чулки я вообще молчу. Только самоубийца будет надевать в тридцатиградусную жару капрон. И только дура напялит его под открытые босоножки.
Кажется, эту мудрость мама мне вколачивала с особым удовольствием.
Не все ее уроки были впустую.
Чувство стиля у меня явно от нее.
Белый шелк топа отлично сочетается с моим холодным типажом блондинки, высокая посадка красных шорт выгодно подчеркивает талию. Босоножки на тонкой шпильке дополняют образ, а цвет лака на ногтях совпадает с цветом бермуд. Строгий низкий хвост — единственная дань деловому стилю.
Сегодня с утра я была на сто процентов довольна своим образом, но теперь думаю о том, что, даже прикрой я пиджаком обнаженные плечи, голые ноги я его полами никак не спрячу.
Да, чувство уместности у меня явно от лукавого.
— Ну не белый же галстук там, в конце концов.[1] Встану в самом углу, меня и не заметят, — отмахиваюсь, очень сильно надеясь, что так и будет. Сольюсь тихонько со стеной или фикусом. Пять минут позора, и можно спокойно вернуться к работе.
— Ну, ну. — Вторая бровь Соны опасно лезет на лоб, грозя испортить свежий ботокс. Но лицо начальницы быстро успокаивается и вновь напоминает гладь тихого лесного озера.
В отличие от меня Ктоян одета очень строго, с претензией на армянский шик. Черные блузка и брюки палаццо, чеканные серебряные браслеты на руках. Шею украшает многорядное колье, наверняка не простая безделушка, а фамильная ценность.
Пока привожу себя в порядок, пряча за консилером следы ночных бдений, гадаю о личностях наших новых «высоких коллег» из Консула.
В начале года по партийному заданию я гуглила про эту московскую организацию. Начинала она пятнадцать лет назад очень скромно — ОООшка с уставным капиталом в десять деревянных и продажей недвижимости, как основным видом деятельности. Таких у нас-то в городе — куда ни плюнь, попадешь в риелторскую контору. Но через одиннадцать лет фирма сменила наименование, а потом и вовсе стала акционерным обществом. Ну а где акционеры, там и совершенно другие активы.
И вот теперь эта акула из московских вод заглотила рыбку из приволжского пруда.
В назначенное время в конференц-зале шумно от гула голосов и довольно прохладно, сплит работает на полную. Зябко веду плечами, стоя там, где и обещала. Замечаю бросаемые в мою сторону взгляды коллег мужчин и складываю руки на груди. Соски предатели обозначились через тонкий шелк топа и бельё так явно, что аж неуютно. Красивое шелковое белье — это дорого, иногда лечебно для раненого самолюбия. А еще это прекрасная инвестиция в себя. Но прямо сейчас это дико неудобно.
Остро захотелось развернуться и уйти. А еще кофе. К своей чашке я так и не притронулась.
