Просто люби жизнь полностью

– Матиас, я только что разговаривала с Женевьевой, – продолжает Эльза, – она будет звонить по скайпу на сегодняшней встрече. Очень великодушно с ее стороны отказаться от выходных. Тебе так не кажется? – Колючий взгляд Эльзы внезапно обращается ко мне, как будто ожидая ответа.

– Да! – нервно подскакиваю я. – Действительно великодушно.

Мэтт бросает на меня слегка удивленный взгляд, и я пытаюсь улыбнуться в ответ. Но вдруг чувствую себя идиоткой. Зачем я это сказала? Почему я превозношу бывшую девушку Мэтта, которую даже никогда не встречала? Это все Эльза. Это она наложила на меня злые чары.

И тут я с ужасом ловлю собственные мысли. Нет. Прекрати. Эльза – моя будущая свекровь, и мы будем любить друг друга. Нам просто нужно найти точки соприкосновения. Должно быть, у нас много общего. Как, например…

Посмотрите-ка. Она носит серьги, и я тоже. Это только начало.

– Хорошо, – говорит Мэтт. – Ну что ж. Не выпить ли нам чего-нибудь?

– Да, – слишком отчаянно выпаливаю я. – Я имею в виду… Почему бы нет?

Ну же. Я могу найти общий язык с Эльзой. И со всей семьей Мэтта. Я могу.

Прошел час, и мои скулы ноют от фальшивой улыбки. Я улыбаюсь Эльзе. Улыбаюсь Джону. Улыбаюсь Уолтеру, которого мне представили как главного финансового директора Дома Харриет и который сидит слева от меня. Улыбаюсь дедушке Мэтта, Рональду. Я даже улыбаюсь в пустоту, чтобы никто не мог, взглянув на меня, подумать, что я капризная корова.

Мы сидим за очень блестящим обеденным столом с большим количеством витиеватого фарфора и хрустальных бокалов, в полной тишине. Они действительно мало разговаривают, эти ребята.

Я сделала все, что могла. Похвалила все, от ложек до булочек. Но все мои разговорные усилия либо сошли на нет, ибо Эльза, которая, похоже, является Царицей Разговоров, обрывает темы. Она делает это двумя способами. Странным образом покачивает головой с плотно сжатыми губами, и это мгновенно заставляет всех замолчать. Или же произносит «Не думаю…», что, как я поняла, в основном переводится как «Заткнись». Я спросила Джона, как продвигается бизнес, но Эльза немедленно вмешалась: «Не думаю…»

После чего Джон расправил салфетку и с неловким смешком сказал:

– Никаких деловых разговоров за обедом!

Затем Мэтт начал говорить своему отцу:

– Знаешь, папа, эти цифры США не могут быть правильными… – после чего Эльза посмотрела на него и свирепо покачала головой, сжав губы.

Хорошо. Они не говорят при мне о делах. Я это понимаю. Хотя… что она себе думает? Что я буду отправлять по электронной почте все, что услышу, прямо редактору передачи «Кукольные домики» на Федеральное телевидение?

По крайней мере еда хорошая. То есть овощи. Все остальные едят курицу, но Эльза забыла о том, что я вегетарианка, так что я просто прокладываю путь через гору моркови.

– Восхитительно! – в девяносто пятый раз говорю я, и Эльза одаривает меня ледяной улыбкой.

– Вы пойдете на собрание? – говорю я, вежливо поворачиваясь к Рональду, который только что отвлекся от разговора с Джоном об управляющем Английским банком.

Рональд качает головой.

– Я на пенсии, моя дорогая, – говорит он.

– О, точно, – говорю я, ломая голову, что бы такое сказать насчет пенсии. – Это, должно быть… здорово?

– Не так уж здорово, – говорит он. – В последнее время не так уж.

Он говорит так подавленно, что у меня сжимается сердце. Рональд – первый член семьи Мэтта, который по-человечески ко мне относится.

– Почему? – мягко спрашиваю я. – У вас что, нет никаких приятных увлечений? Гольф?

– О… – Он делает долгий порывистый выдох, как сдувающийся воздушный шарик. – Да, гольф… – Его голубые глаза принимают отстраненное выражение, как будто гольф не имеет никакого отношения к его жизни. – По правде говоря, моя дорогая, недавно я столкнулся с некоторыми неприятностями.

– Неприятностями? – Я пристально смотрю на него.

– Очень плохо. Очень неловко… Думать, что человек с моим образованием… бывший финансовый директор… – Он замолкает, его глаза затуманены. – Видишь ли, это глупое чувство. Когда чувствуешь себя старым дураком. Старым тупым дураком.

– Уверена, вы не старый дурак! – говорю я в смятении. – Что это было… – Я неловко замолкаю, потому что не хочу совать нос не в свое дело. – Неприятности закончились? – спрашиваю я.

– Да, но это останется со мной, понимаешь? – говорит он дрожащим голосом. – Это останется со мной. Я просыпаюсь утром и думаю… «Рональд, ты старый дурак».

Когда он встречается со мной взглядом, его глаза до краев наполняются слезами. Никогда не видела такого печального лица. Я этого не вынесу.

– Я не знаю, что случилось, – повторяю я, мои собственные глаза горят сочувствием. – Но я могу сказать, что вы не дурак.

– Я расскажу тебе, что случилось, – говорит Рональд. – Я расскажу. – К моему ужасу, из его глаза на скатерть скатывается слеза. – Видишь ли, это была афера…

– В самом деле, Рональд! – ворвавшийся голос Эльзы, пронзительный и ломкий, заставляет нас обоих вздрогнуть. – Не думаю…