Просто секс, без любви (СИ) полностью

— Солнышко, поговори со мной. Расстроиться после такого совершенно нормально.

По ее щеке скатилась слеза, а нижняя губа задрожала. Когда она повернулась ко мне, и я увидела ее боль, у меня в горле тоже встал ком.

— Какие у папы права? — хрипло произнесла она дрожащим голосом.

Сначала я не поняла смысл вопроса, но потом вспомнила, как сказала, что у Гаррета есть полное право знать, что за мужчина к нам ходит. Мне показалось, она имеет в виду именно это.

— Он твой отец, поэтому имеет право знать, что со мной тебе ничего не угрожает. Что бы ни произошло между нами, и каких бы плохих поступков он ни наделал, с моей стороны будет неправильно, если я позволю ему беспокоиться за твою безопасность.

Иззи помотала головой.

— Нет. Какие у него права на меня?

— Ты про опеку?

Она кивнула.

Мы еще никогда не обсуждали решение суда. Она знала лишь то, что живет со мной, а к бабушке и отцу ездит в гости.

— Ну, в настоящее время полная физическая опека над тобой передана мне, поэтому никто не имеет права забрать тебя жить к себе. Ты ежемесячно навещаешь бабушку, потому что так мы с нею договорились. Мне кажется, тебе важно поддерживать с нею связь, и она тебя очень любит. Твоя бабушка тоже подавала прошение об опеке, но ей семьдесят два, и раньше ты с ней не жила, поэтому суд постановил, что опекуном буду я.

Чтобы следующее она услышала ясно и четко, я подождала, когда она поднимет глаза.

— И я тоже хотела, чтобы ты жила у меня, потому что люблю тебя.

Она улыбнулась сквозь слезы и кивнула, а я продолжила:

— Однако существует две формы опеки над несовершеннолетними: физическая и правовая, и правовую мы делим с твоим отцом.

— Что это значит?

— Это значит, что мы оба имеем право голоса в принятии важных решений, касающихся тебя, таких как обучение, лечение и так далее.

— Даже несмотря на то, что папа в тюрьме?

— Да. Я даже не пыталась бороться за полную правовую опеку. Твой папа всегда принимал здравые решения на твоей счет, а еще он тебя очень любит. Я не хочу, чтобы он решил, будто я пытаюсь украсть тебя у него. Да, он совершил много ошибок. Больших ошибок. Однако он все равно остается твоим отцом.

Мне показалось, я хорошо справилась с объяснением, но в конце Иззи выглядела еще растроеннее, чем в начале. Она сидела и молча плакала.

— Боже, прости меня. Я не хотела тебя огорчить. Слишком много информации, да? — Я наклонилась и обняла ее. — Иди сюда. Поговори со мной. Что именно тебя огорчило?

Несколько минут Иззи плакала у меня на плече. Я тоже не смогла сдержать слез. Видеть, как она терзается, было больно. Дети не должны страдать из-за поступков родителей, которым полагается оберегать их. Однако подобное происходило ежедневно и повсеместно.

Я никогда не думала, что однажды соскучусь по злой и раздраженной Иззи. Спустя какое-то время рыдания стихли, она шмыгнула носом и подняла голову. Ее глаза были красными и опухшими.

— Потом ты отправишь меня жить с ним, да?

Вопрос застал меня врасплох. Мне никогда и в голову не приходило, что Иззи может не захотеть жить с отцом, когда тот через несколько месяцев освободится. Она только в последнее время начала открываться мне, а я — осознавать, что она ненавидит не меня, а обстоятельства, из-за которых ей пришлось со мной жить. И что ей просто некого обвинить в этом, кроме меня.

Я всмотрелась в ее лицо.

— Ты не хочешь жить с отцом?

Она покачала головой.

— Сейчас ты обижена на него. Не думаю, что это подходящее настроение для решения таких вопросов.

— Он не женщина. И многого не понимает. Я могу просто остаться с тобой, а к нему ездить по выходным?

Боже, я была не готова ответить на этот вопрос. И даже не знала, смогу ли. Когда Гаррета выпустят, он захочет полную опеку над дочерью, разве нет?

— Иззи, я… я не думаю, что решение должно приниматься только мной и тобой.

Из ее глаз исчезла надежда.

— Оно должно приниматься папой?

— Наверное, если мы решим, что в твоих интересах остаться со мной, а твой отец будет против, то решать будет суд.

Она, словно обдумывая это, опустила лицо, а потом спросила, взглянув мне прямо в глаза:

— А ты захочешь, чтобы я жила с тобой, если этого захочу я?

— Да, — вырвалось у меня, прежде чем я смогла обдумать ответ.

Однако что-то подсказывало меня, что если Иззи захочет остаться со мной, то претворить ее желание в жизнь будет не так-то легко.

ГЛАВА 22

Наталия

Я была на пределе. На взводе. На нервах.

Всю неделю мне каким-то чудом удавалось занимать себя делами и не предаваться мыслям о предстоящем свидании — или, вернее сказать, о предстоящих выходных — с Хантером. Была пятница, два часа дня. Пациенты закончились, я оформила все заметки и в надежде расслабиться налила себе ванну, бросив в воду бомбочку с ароматом душистого горошка, которую купила вчера по дороге домой.