Она идет чуть позади меня, Ноэль скрылся впереди из виду. Мы идем по груде различного железа, которое в основном состоит из велосипедных рамок, решеток на окна и даже старых детских кроватей.
Я оборачиваюсь и протягиваю Эйв руку, чтобы она держалась за меня. Здесь легко оступиться и упасть. Мы сцепляем руки и продвигаемся вперед.
– Судя по наличию всего, можно собрать целый «Сильвер»[4].
– Правда? – улыбается Эйв.
Я смотрю на нее, кивнув.
– Да.
– Тогда придем сюда летом. Мой старый байк выглядит не очень.
Рассмеявшись, я теснее сжимаю ее ладонь. Несмотря на то, что мы оба в перчатках, я каким-то образом ощущаю ее тепло.
Нам нужно обсудить наше общение. Мы не друзья, но и не встречаемся. Я знаю, что веду себя не лучшим образом, оттягивая разговор. Но все дело в том, что я не хочу этого самого разговора. Я не хочу предлагать ей встречаться. Я хочу, чтобы это произошло само собой. Естественно.
Поток этих мыслей заполняет голову пока на глаза не попадается кое-что знакомое. Приблизившись, я выпускаю руку Эйв и выуживаю из груды металлических пружин и спиц балку переднего бампера.
– Ты посмотри, – восхищенно произношу я. – Она даже не заржавела.
Эйвери осматривает ее и одобрительно кивает.
– Точно.
– Пошли. – Я буквально хватаю ее за руку и веду вперед.
Вернувшись домой усталый и сытый, так как Хейзы накормили меня ужином, я принимаю быстрый душ и валюсь на кровать. Из кармана грязных джинсов, которые я бросил на кресло, когда пришел, торчат две двадцати-пятидолларовые купюры. Их всучил мне Ноэль после того, как мы втроем играли в какую-то глупую игру в гараже. В ходе этой игры мне выпала возможность спросить у Эйв все, что угодно, но я лишь спросил, какой ее любимый фильм. Хотя и догадывался и это был сериал. Я такой идиот. А еще рассказал во сколько лет у меня был первый секс. Да, круто. Но это был просто факт. Я ведь не рассказал каким он был неловким.
Как бы то ни было день проведенный в гараже Хейзов оказался едва ли не самым лучшим из всех дней, которые я провел в Досон-Крик.
Я не хотел брать деньги Ноэля. Очевидно, ему тоже захотелось внести свою лепту, и он решил разделить расходы пополам. По крайней мере, денежные. Но он буквально пихнул мне их в карман, не давая возможности возразить.
– Ничего не говорим Эйв. Герой должен оставаться в тени. Пусть думает, что ее «танк» куплен за травку.
Эта меня вполне устроило.
Я улыбаюсь, лежа в кровати и смотря на потолок в своей спальне. Мы с мамой выкрасили его в темно-синий цвет – цвет ночного неба. Я знаю, как это может нелепо выглядеть, но на потолок я прикрепил неоновые стикеры в виде звезд. Это успокаивает. Это моя личная иллюзия того, что космос близко.
– Ты уверен, что справишься?
– Уверен.
– Ладно.
Мы с отцом смотрим друг на друга какое-то время. Пару лет назад, когда я начал проявлять интерес к машинам, он довольно скептически к этому отнесся. Но по истечении времени его скептицизм превратился в некое уважение. По отцу сложно заметить, о чем именно он думает. Он человек критического мышления. Не часто, но все же иногда, это становится камнем преткновения между ним и мамой, которая в свою очередь является его полной противоположностью. Педантичный отец и жизнерадостная мама, они составили вполне гармоничную пару, ну а я получился чем-то средним из этих разных стихий.
– Он потратил почти все свои сбережения, – выдает меня мама с потрохами.
Я посылаю ей обиженный взгляд, на который она весело улыбается, собирая свои короткие рыжие волосы в пучок.
Отец снова смотрит на меня из-под полуопущенных век. В его взгляде горит осуждение. Несмотря на то, что я никогда ни в чем не нуждался и в принципе мог просить все, что захочу, родители старались, чтобы я знал цену каждой купленной вещи, каждому заработанному центу. Я и знал.
– Не всё, – возражаю я.
Отец все еще смотрит на экран моего телефона, где открыта фотография «Тахо» в гараже Хейзов. Мы вместе сидим в гостиной и обсуждает с папой все, что произошло за неделю его отсутствия.
До переезда в Досон-Крик его частое отсутствие тоже было нормой. Он работает в нефтяной компании и управляет бригадами рабочих. По сути он является таким же наемным рабочим в этой гигантской корпорации. Я не интересовался так остро и щепетильно отцовской профессией, но у меня хватило мозгов понять, что в Британской Колумбии и даже в Альберте данная отрасль более развита из-за – понятное дело – горной породы этих провинций. Поэтому, когда отцу предложили управлять передвижной бригадой здесь, он, конечно же, согласился.
–Вы это придумали с новым другом? – уточняет отец.
– Не совсем, – честно отвечаю я. – Это моя идея, но он будет мне помогать.
– Ты упустил важную деталь, – вставляет мама, снова улыбнувшись мне. – Это машина для одной девочки.
– Девочки? – Папа смотрит на нее, затем снова на меня.
– Сестра Ноэля, – со вздохом отвечаю я. От моих родителей так сложно держать что-то в секрете. Ну, разве я не имею на это право?
