Кастия, казалось, не слышала разговоров над ее головой, осторожно гладя кончиком пальца по личику куклы, поражаясь диковинному подарку.
– Она прищурилась? – спросила она, одной рукой прижав к себе куклу, а второй дотронувшись до плеча мужчины, присевшего перед ней на корточки у ног сурово хмурящегося брата.
Террин наклонился поближе, чтобы не повышать голос, перекрикивая возмущенные возгласы старших, с ужасом обсуждавших услышанное.
Ярет сверху многозначительно покхекал, но он не обратил внимания, заглянув в личико кукле, будто только сейчас заметил разрез ее глаз. Девушка подвинулась в сторону, давая ему место на ступеньках рядом. Не обращая на метнувшегося юношу, Террин уселся на освободившее место рядом с ней.
– Нет, она не прищурилась, – ответил он, – Островитяне за Желтым морем такой разрез глаз имеют. Я первое время а них таращился, а потом привык и за столько времени перестал обращать внимание. Они считают это нормальным, мы – чужеземцы, выделяемся в толпе.
– Почему она так одета? – спросила Кастия, повернувшись к мужчине, который слегка склонился, потянувшись к кукле и коснулся плеча девушки грудью. Ярет втиснулся между ними, зло посмотрел на молодого человека и предложил:
– Давайте вы потом это обсудите! Кастия, тебя ждет Кара, – он со значением приподнял брови, глянув на сестру, которая даже не заметила его манипуляций, осторожно дотрагиваясь до подарка и ощупывая тонкие пальчики и ткань одежды.
– А, что? – переспросила она, не отвлекаясь от куклы, а потом осознав, что сказал брат, охнула, – Я же забыла! Спасибо, Ярет, что напомнил. Мне же идти пора.
Девушка повернулась к Террину и удивилась, обнаружив, что тот сидит дальше, чем был, а прямо перед ней сердитое лицо брата.
– Спасибо! – с огромной признательностью сказала она, наклонившись, чтобы увидеть дарителя такого чуда, который тоже наклонился, чтобы увидеть ее.
Террин внимательно посмотрел на серьезное, взволнованное личико, большие влажные глаза и милую улыбку. Неожиданно для бдящего брата и его самого она наклонилась и неловко и быстро прикоснулась губами к его щеке в благодарность.
И, возможно, так бы оно и было, если бы рассвирепевший непонятно отчего Ярет не решил в этот момент пресечь происходившее безобразие. Он неловко толкнул сестру, которая почти упала на колени Террина.
Осторожно придержав девушку, чьи губы скользнули по щеке и губам и уткнулись ему в ухо, Террин поднялся сам и поднял ее, помогая обрести равновесие. С руками занятой драгоценной добычей девушка не могла самостоятельно подняться, а после движения брата, подтолкнувшего ее к ставшему незнакомым молодому человеку совсем смутилась и пробормотав еще раз:
– Спасибо большое, Террин! – едва встав на ноги, убежала в дом.
Ялма и Хаид потрясенно уставились на кучу малу, которую устроил их сын, с необыкновенным грохотом свалив стоявшие у ступенек стулья.
– Что происходит, сын? – удивилась она, не заметив, что Террин сразу после побега Кастии отошел к бочке и, отвернувшись ото всех, зачерпнул воду ковшом и прямо из него стал пить воду. Хаид нахмурился и покачал головой, помогая сыну поднять и собрать стулья.
Сатия многозначительно улыбнулась, глядя на напряженную спину своего сына, а Нерит, предостерегающе покачал головой, не советуя ей что-либо сейчас говорить.
– Еще не время, милая, – шепнул он, привлекая жену к себе, – пусть сам решит. Мы же не знаем, совсем он вернулся или нет.
Сатия огорченно вздохнула, согласно кивнула и обняла мужа за талию.
– Упрямец, о Боги, какой же он – упрямец, – прошептала она, – Ну хоть заметил, и то уже хорошо. А там, дай Боги..., – с надеждой посмотрела на мужа, который пожал плечами.
– Ох, Боги, как же стыдно.., – расстроенно прошептала она в который раз и неосознанно покачала головой, заново вспоминая случившийся конфуз.
Девушка сидела на краю кровати рядом с платьем, приготовленным на вечер. С одной стороны от нее лежал сверток с куклой, которую ей едва ли не чудом удалось не уронить немного ранее, а с другой – нервно подрагивал пушистый серо-полосатый хвост, чей обладатель развалился почти на всю кровать.
В очередной раз вздрогнув при звуках ее голоса, лежавший около подушки кот, нахмурившись, взглянул на хозяйку и лениво зажмурился, выражая свое отношение. Если бы коты умели закатывать в недоумении глаза, этот конкретный представитель племени уже получил бы косоглазие.
Он достаточно послушал невнятные речи, даже подошел и поинтересовался, в чем дело, но не получив ответа, решил вернуться обратно на свое место под боком большой и пышной подушки. Что взять с этих людей? Разводят проблемы на ровном месте.
Признав невысказанное, но продемонстрированное мнение правильным, Кастия слабо улыбнулась, глядя на сладко жмурившегося кота. Ее по-прежнему волновало, что случилось, и почему Ярет так себя повел? Но она решила, что разберется с этим потом. Несколько раз глубоко вздохнув, задержала дыхание, затем медленно выдохнула.
