Все потом – сбитые ладони, ноющее колено, противное свербение где-то там подложечкой, гул в голове, заложенные от него уши и дикий страх, что там, в море, куда утром вышли мужчины, вовсе не так безопасно, как уверяли бывалые рыбаки. Они говорили, что в море даже Волна не так высока и беспощадна, как когда обрушивается на берег. "Боги, спасите нас!" Сейчас среди буйных вод могли сражаться за свою жизнь Террин, ее отец и братья. Оставшимся на берегу это ещё предстояло.
Вниз всегда легче идти, чем в гору. Но бежать вниз по гладким, отполированными ногами горожан и деревянными колесами повозок, арб и тележек камням чаще просто опасно. Возможно, ей показалось, но ссадины на колене болели меньше или ей некогда было на них обращать внимания.
Кровь с разбитых ладоней она на ходу вытерла об юбку, не думая об оставленных следах. Одним пятном больше или меньше – без разницы. Там уже были отпечатки травы и грязи с булыжников. И сколько еще их там будет – лишь Боги знают.
Ее сердце тревожно забилось. Она бежала, стараясь не думать, что будет, если она не успеет к Каре. Санни – самостоятельная и ответственная девочка, а вот ее младшие сестренки – совсем малышки. Камии исполнилось на днях три цикла, а Нире - только два. Своими ножками крохи далеко не уйдут. Это и было важнее на данный момент.
"Почему я не заметила, что птицы умолкли?" – спросила она у себя. "Почему не обратила внимания, что, вернувшись с прогулки, Тито повел себя не как обычно, а спрятался?" Столько тревожных знаков, а она все пропустила. Ведь еще рано утром, когда над морем поднималось неожиданно красное солнце, они с матерью удивились.
– Красный рассвет, – задумчиво сказала Ялма, глядя на солнечные лучи и прикрыв от пронизывающего света глаза козырьком сложенной ладони, – Раньше считалось, что кровавый рассвет – не к добру.
– Бабушка Велла говорила, что где-то кровь пролилась и солнце закапала, – отозвалась Кастия, повторяя жест матери, – И закат вчера был красным.
– Это к ветру, – пожала плечами мать, – а вот красный цвет утром... Не знаю, не слышала никогда.
– Папа что-нибудь говорил об этом?
– Солнца же тогда не было, а ветер... Им не впервой это. Они и в шторм в море бывали. Даже разговора не было. Если клева не будет, то сетями все равно захватят...
– Ох, не знаю, – засомневалась Кастия, затем неожиданно в сердцах сказала, – не люблю я эту их работу! С детства не любила. А это увлечение Террина..., – покачала головой из стороны в сторону и с почти болезненной гримасой призналась, – Мам, я все время боюсь, что в один ужасный момент он не вынырнет из той пучины, где растут его любимые жемчужницы....
– Дочь, – Ялма с укоризной посмотрела на девушку, – не говори так. Даже старайся не думать об этом. Лишь бы не накликать чего..., – затем как-то нерешительно пробормотала, - Понимаю, что так мы живем, но... Я стала спокойнее, когда твой отец передал артель, но беспокойнее, потому что в море каждый день выходят мои дети.
– Почему папа сегодня решил выйти в море? Верту требуется помощь? – спросила Кастия, а женщина пожала плечами.
– Не знаю. Какие-то у них дела. Вроде бы новые сетки будут пробовать, что твой отец сплел.
Вспоминая утренний разговор, девушка неосознанно потрясла головой. Остановилась и оглянулась. Незаметно для себя она достигла центра города. Вокруг нее раскинулась рыночная площадь. И здесь было все также, как в обычный день.
Все лавки, приглашая клиентов, распахнули свои двери. На витринах были прихотливо и любовно разложены товары – рыба, крабы, мясо, зелень, сладости, одежда, обувь, столовые приборы, котелки, ведра, вазы и рыболовные снасти.
По площади, не торопясь, разгуливали лотошники, предлагая свои товары. В центре традиционно раскинулись торговые ряды и временные прилавки. Островитяне неторопливо привычно торговались, обменивались утренними новостями, шутили и жаловались.
Сколько людей – столько и мнений. Или вернее – настроений. Какая-то старушка бранилась и грозила палкой крупному детине, торговавшему птичьими яйцами. Как поняла девушка, суть претензии была в том, что она их не донесла в целостности до дома, не успев проверить, и теперь требовала "возместить ущерб".
– Люди... Как же так? – потрясенно прошептала Кастия, оглядывая окружающих людей. На остров надвигалась беда, а они продолжали делать свои дела, не обращая внимания на грядущее.
Она быстро побежала в сторону лавки Дейда. С налета открыла дверь и влетела в помещения, слыша, как надрывно зазвенел над головой колокольчик. Из помещения выбежала улыбчивая девушка-продавец, а за ней вышел, не торопясь, молодой помощник ее родственника. Судя по потрепанному виду парочки, они явно пересчитывали имеющийся в наличии товар для отчетности.
– Где Дейд? – требовательно спросила Кастия, радуясь, что шум в ушах схлынул, и она вновь слышит.
Девушка тревожно нахмурила бровки и указала на ее лицо. Вместо ответа на вопрос она сказала:
– У вас кровь из носа, госпожа Кастия.
