Кастия вытерла рукой жидкость под носом и посмотрела на окрасившиеся в красное пальцы. Продавшица сунула ей в руку сложенный платок. Приложив его к носу, Кастия повторила свой вопрос в него. Получилось невнятно, но ее поняли.
– Он пошел к заказчику, – ответил молодой человек, спохватившись и пригладив встрепанные волосы.
– На остров движется Волна, – резко сообщила Кастия, – Сообщите Дейду и всем соседям и уходите в гору. В какой-нибудь из верхних Храмов, которые повыше.
– Волна? – с сомнением протянула девушка, подозрительно посмотревшая на посетительницу. Смущенная улыбка с ее лица сползла. Пусть их посетительница была хозяйской родственницей, но не зря ее называли за глаза "чудной". Точно, не зря.
– Да, Волна, – повторила Кастия, сгребая без спроса еще один платок с прилавка, выложенный продавщицей, и направляясь к двери, – Уходите наверх. Быстро!
– Она –сумасшедшая? – поинтересовалась продавщица за спиной у нее, не особо скрываясь, а парень с сомнением в голосе ответил:
– Не знаю. В их семье и провидицы были. Мне мои рассказывали... Давай закроем лавку и уберемся отсюда. Куда там хозяин отправился, помнишь?
– Ты думаешь?
– Ну, если она ошибается, мы отдохнем, – в голосе парня зазвучали игривые ноты, и девушка захихикала одобрительно.
Кастия быстро шла через площадь. В центре ее было какое-то странное движение. Ей послышалось или там действительно рассказывали о Волне? Она протиснулась сквозь толпу и увидела старика. Седой, маленький, сгорбленный. Почти как дед Порта, ушедший в мир иной пару циклов назад.
Он и вещал про грядущую катастрофу, пересказывая знакомую Кастии историю про первую Волну. Народ вокруг перешептывался. Кто-то, выражая уважение к сединам оратора, сомневался в его разуме шепотом, другие, напротив, громко. Некая пожилая дама заступилась за старика, напомнив, что их город перестроили, как раз, после того, "как море поглотило часть острова".
– На остров идет Волна! – громко закричала Кастия, перебивая своих соседей, подсмеивавшихся над "прорицателями". – Забирайте своих близких и идите наверх, подальше от моря. Только там можно спастись.
– Я видел, как на берегу люди собирают морские дары! – возразил один из мужчин, – Море одарило нас своей милостью. Тот, кто успел оказаться там, теперь обогатится!
Вокруг него, очевидно, приятели дружно и завистливо засмеялись.
– Эх, счастливчики! – одобрил поведение собирателей еще один, проталкиваясь через толпу, чтобы принять участие в беседе.
Другой, выражая огорчение, похлопал себя по бокам. Его поддержали несколько голосов. Женщины возмущенно заохали, придерживая детей, готовых бежать вниз, к побережью, чтобы принять участие в радостной забаве.
– Зачем ты так говоришь, сумасшедшая? – вывернулся из-за спины Кастии громила и надвинулся на нее почти вплотную, давя своей массой, – Чего людей пугаешь? Ладно, эти престарелые чудики, они тут каждый день "прорицают". Тебе живется скучно?
Кастия отступала от агрессивного горожанина. Позади нее, очевидно, расступались люди, потому что она никому не наступила на ноги. Пока не уперлась во что-то на твердое на уровне ее бедер. Позади нее запротестовал какой-то мужчина:
– Осторожнее! Вы собьете мой прилавок! Отойдите, кому я сказал?!
Громила, угрожающе выставив челюсть и сжав огромные кулачища, продолжал наступать, не слыша взволнованного продавца, расцененного им не важнее комара. Пожалуй, он будет даже побольше Верта, подумалось Кастии. Она ощупала позади себя край прилавка и в последний момент отступила в бок, ускользая от преследователя.
– Ты чего мелешь, идиотка? –спросил он, снова напирая.
Отойдя в сторону, чтобы не сбить другие лавки, девушка гордо вскинула голову вверх, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Я – не идиотка, и ничего не придумываю, – ответила она как можно более спокойным голосом, стараясь говорить четко и размеренно, и ни в коем случае, не испуганно, – Вода ушла от берегов, потому что ее утянуло море. Потом она вернется. Берег открылся очень сильно, и пришедшая Волна будет высокой. На юге побережье пологое. Волна легко дойдет почти до горы. Если хотите выжить, то бегите наверх... Вы можете мне не верить. Я бы и сама была рада ошибаться, но мне рассказывали, как это бывает. В доме за этой площадью, – махнула в сторону, – живет моя сестра и ее дети, а в море ночью ушли мои муж, отец и братья. Лучше бы я ошибалась, – прошептала она, – потому что даже боюсь думать, что все они могут погибнуть.
– Уходите! Идите наверх! – повторила и с мыслью "Чего же я медлю? И впрямь идиотка!" Кастия решительно оттолкнула нависшего над ней мужика, и, обойдя его, побежала к выходу с площади. До дома сестры оставалось немного, но потом еще путь наверх, а это – значительно сложнее. Смахивая текущие по лицу слезы, она сама себе мысленно твердила:
– Мне некогда плакать. Надо действовать. Все потом.
Где-то в глубине ее груди кололся тяжелый ком из тревоги и страха. Одно – знать, что твои близкие в опасности, другое же – сказать об этом вслух, признавая неизбежность положения.
