Одна из рогатых, хвостатых, безжалостных и беспринципных? Голова пошла кругом, перед мысленным взором мелькала карусель образов, в центре которой была она сама, с руками, по локоть обагренными кровью.
– Кроме того, я полагаю, решение насчет твоего будущего еще не принято. В тебе течет не только темная, но светлая кровь. Это уникальное явление, очень странное и очень опасное. Не только проклятая кровь нуждается в подчинении. Наследие Небеснорожденных также может натворить много бед в неподготовленном теле. Я буду просить Совет разрешить мне опекать тебя наравне с Магистром Дамианом.
Марори почувствовал, как внутри зарождается огонек надежды. Ее не отдадут! По крайней мере, без боя. Уже хорошо! И даже странное слово «нильфешни» казалось просто словом, имеющим к ней совсем небольшое отношение.
– Насчет Третьего круга – это крайне неприятная выходка Магистра, но здесь большая доля и моей вины. Сколько лет уже с ним знакома – и каждый раз умудряюсь наступить на одни и те же грабли. Демоны, что с них взять. Облапошат на ровном месте, невзирая на опыт и должность. Постараюсь вытрясти из него какие-то поблажки, но, честно говоря, не думаю, что это пойдет тебе на пользу. Полагаю, ты уже и сама успела понять – слабость здесь не в чести.
Марори кивнула.
– Я хочу, чтобы ты меня сейчас очень внимательно послушала. – Голос Флоранции стал строгим, стальным. Она заставила девушку посмотреть ей в глаза. – Не всегда все черное – действительно черное. Проклятокровные наравне с небеснорожденными положили свои жизни во имя мира. В семени Равновесия наша кровь смешалась. Там ее одинаково – что темной, что светлой. Владеть оружием – не значит убивать, а убивать – не значит бездумно отнимать жизнь. Проклятокровные служат Равновесию на своей стороне, и их методы не всегда приятны, но они так же, как и небеснорожденные, охраняют Равновесие. И взявшие в руки оружие стоят на первой линии защиты, принимают удар на себя. Подумай об этом, когда вернешься к занятиям.
Марори поблагодарила за совет, попрощалась и направилась к двери.
С одной стороны, она явственно ощущала, как с плеч спала тяжесть неопределенности относительно собственной судьбы в Дра’Море – ее не бросили, не отказались. Еще ничего не ясно в противостоянии с Ложей, но борьба – это всегда надежда на лучшее. С другой стороны, в душе поселился новый страх. Пока он еще не оформился во что-то определенное, но уже ворочался и тыкался во все стороны, будто пробуя хозяйку на стойкость. Сколько бы мудростей ни влилось ей в уши, пройдет немало времени, прежде чем она смирится со своей новой сущностью. И неизвестно, сможет ли принять себя другой. Слишком много всего валится на голову, и, в отличие от тела, которое смогло «перезагрузиться», голова накрепко зависла, отказываясь обрабатывать информацию. Получается, что в добропорядочной семье Милсов не все так гладко, ведь даже одна капля проклятой крови не может взяться из ниоткуда. Равно как и светлой.
Г олос Флоранции догнал ее уже около двери.
– Крэйл действительно хотел твою душу?
Марори повернулась, кивнула.
– Поверить не могу, что он отчаялся до такой степени. – Флоранция потерла переносицу, на мгновение проявив свою усталость – самую обычную, как у любого простокровного.
– Я хочу знать, что с ним произошло, – ни на что не надеясь, попросила девушка.
– Ты второй месяц в Дра’Море, наверняка знаешь в общих чертах.
– Я не хочу в общих чертах, мне не нужны слухи. Я много чего сегодня услышала, чтобы понять, что его наказали не за воровство сладостей из столовки и не за прогулы. И если нам нельзя быть. рядом, я хочу знать, почему.
Магистресса улыбнулась.
– Ты кажешься такой воинственной.
– Это первое, чему меня научил Дра’Мор, – всегда быть начеку. И я все еще учусь.
– Значит, время в любом случае не потеряно напрасно.
– Ну так как? Что это за секрет такой, который нельзя никому рассказывать, но о котором все и так знают?
– Увы, но секрет не мой, тем более служебное расследование закрыто и на него наложены соответствующие запреты о неразглашении. Единственное, что могу сказать, – не делай поспешных выводов, но и не подпускай его к себе достаточно близко. Шанатары крайне коварны. И именно благодаря этому Шаэдисы протянули так долго. – Она задумчиво отвела взгляд к окнам, озаренным вспышками огненной бури. – Но и эта ветвь засыхает. Мальчишка в отчаянии, и мне в некоторой степени даже жаль его, но еще больше жаль всех нас, если он вздумает остановить неизбежное. У него ничего не получится, но мне бы не хотелось, чтобы твое внезапное. преображение вселяло в него беспочвенную надежду.
Она спохватилась, сообразив, что сказала лишнего, и отпустила Марори с пожеланием не унывать.
В спальный корпус девушка вернулась сама не своя. И обнаружила сюрприз: среднего размера коробку, завернутую в простую серую бумагу. Тяжелая. На боковой грани значилась почтовая накладная с указанием адреса получателя, его именем и фамилией. Рядом слабо пульсировала охранная печать.
